О, тут даже можно развернуться более широко, и уже придумал как.
Я сидел в комнате возле окна и писал, когда появился Олег. Он отсутствовал полдня, явившись только сейчас, а времени уже половина двенадцатого ночи.
– Тебя патруль не сцапал?
– Пробрался, хотя и с трудом. Засиделись мы со связным что-то, много интересного поведал. Андрей…
– Говори тише, – шикнул я на товарища, – или переходи на немецкий, здесь стены как бумага. Сам весь вечер слышал какую-то пьяную ругань слева.
– О, а мне на лестнице попался немецкий унтер, в хламину пьяный.
Вылетел из парадной так, словно ему пинка хорошего дали. Меня он не заметил, смотрел только под ноги. Но мало ли кто слушает, давай и правда лучше на вражеском говорить. Если тихо, то не разберут, но хоть речь будет не русская, – Олег в это время уже шептал.
– Тем более и мне нужна постоянная практика, – подмигнул я.
– По железке постоянно идут эшелоны к фронту. Шестая армия сейчас на острие, будет участвовать в наступлении.
– В контрнаступлении, – поправил я.
– Ты что, тоже что-то узнал?
– Олег, ты забыл, откуда я появился? – усмехнулся я его данным.
– А, точно. А что, наши вновь в наступление пойдут? Вроде столько сил положили, пытаясь закрепиться.
– Наши старшие командиры не совсем точно трактуют данные, что приходят к ним от разведки.
– Ты это и пишешь?
– Пишу я, как избежать катастрофы. Той, которая была в моем времени, – пояснил я. – Хочу представить свой опус в виде документов одного эсэсовца, где он якобы ставит себя на место нашей армии и пытается проанализировать возможные действия.
– Это еще что за клоун? – удивился Олег.
– Да не бери в голову, – махнул рукой я. – Понимаешь, немцы всегда пытаются просчитать заранее возможные риски. Это не игрушка про танки двадцать первого века, где можно тупо идти вперед, громя все вокруг танками и артиллерией. Здесь думать надо. А вот у наших наоборот. Пока не произойдет что-то серьезное, никто шевелиться не станет. Ты будешь мне поддакивать во всем, что я расскажу и напишу, понял меня? – я серьезно посмотрел на товарища.
– Конечно, – кивнул Олег. – Ты нам объяснял тогда, что не хочешь сообщать ничего из будущего, – передумал?
– Я не хотел делать это от себя, понимаешь? Меня возьмут за задницу и… Тут я представлю все это как данные из вражеского штаба. От кого именно, не важно, всегда можно сослаться на то, что «язык» сдох по дороге, либо что документы мы выкрали, а изучив и сняв копии, вернули назад.
