Да и страна у нас сейчас такая, что люди на местах не шибко любят импровизацию и инициативу, себе дороже. Есть руководство, партия, которые все знают и все за всех решают, куда уж тут лезть обычному человеку. Помните, я рассказывал, как в первые дни войны один из моих тогдашних командиров намекнул старшему командиру о борьбе с противником путем засад? Ему тогда ответили просто, что не нужно думать, у нас есть, кому думать за всех, иди и исполняй приказ.
Лесной массив, в котором мы находились, хоть и был огромным и местами едва проходимым, закончился.
А закончился он ни фига не полем или деревенькой какой-нибудь. Мы вышли к городку. Да, вот так просто, впереди, практически на открытой местности, мы увидели город. Или городок, пока не разобрал еще. Окраина была сильно заросшая кустарником, им и воспользовались, приближаясь для того, чтобы осмотреться. Хоть и шли мы весь день, но я не мог понять, где мы есть. Карта давно была ненужной, у нас просто не было этой части, трофей захватывал наш лесной лагерь только по краю.
– Как думаешь, кто в городе? – спросил я у Ивана.
– Да черт их знает, Андрюх, – наш большой пулеметчик пожал плечами, – надо идти на разведку, может, узнаем что-то.
Каково же было удивление, когда мы обнаружили, причем ночью, красноармейцев, суетящихся от желания порвать всех и вся. Городок, а это действительно оказался небольшой населенный пункт, представлял собой муравейник. Не став прятаться, мы потопали прямо по дороге, ожидая, когда нас заметят и остановят. Вот блин, халтурщики, даже документы не спрашивают.
Интересно, когда же все эти бойцы и командиры сюда пришли, участвовали уже в боях или нет? Вопросов много, а толку…
– Андрюх, какие-то здесь все малохольные, – удивленно подал голос Бортник.
– Думаю, это свежий призыв. Собрали где-то по окрестностям и кинули закрывать прорыв, правда, его тут и нет пока, сейчас ближайшие к нам основные силы противника южнее воюют. Ладно, вон, бойцы стоят, чего-то охраняют. Пойду, узнаю, где тут штаб, да и вообще… – Что вообще, я не стал договаривать, просто двинул к стоявшим неподалеку бойцам.
Мой вид их удивил, сверху на нас были гимнастерки красноармейцев, а вот на ногах штаны от немецкой формы. Уходя на поиски аэродрома, мы захватили свои гимнастерки, на всякий случай.
– Ты кто такой? – вопрос был простым, но он и сбил меня с толку.
– Дед Мороз… – ляпнул я и тут же в душе улыбнулся своему афоризму. А ведь и правда, как дед Мороз. Щетиной зарос серьезно, да и фамилия моя Морозов, если что.
