– И тут появился я, – невозможно передать словами ту опустошенность, что испытывал Ведан.
Но он должен был узнать всё до конца.
– Вы…Вы – другой, – честно признался Лиан, и заметил, как император вздрогнул, а в его глазах обреченность сменилась робкой надеждой. – Вы сейчас разговариваете со мной, и хотя бы пытаетесь понять Арию. Мы сменили много городов и стран, прежде чем остановиться на Арронии. И выбрали её по той причине, что ваша империя никогда не вела захватнических войск. Вы создаете все условия, чтобы подданный Арронии чувствовал себя защищенным.
Ария влюбилась в Арро с первого взгляда.
– Хоть что-то….."
"– Я не буду спрашивать, что произошло между вами, лишь осмелюсь попросить…попросить вас быть к неё снисходительней, ваше величество.
Ведан покачал головой и внезапно опустился на соломенный тюфяк, устало проведя рукой по лицу.
– О чем ты говоришь, Монтесье? Я готов бросить к ногам Арии весь мир, готов служить ей, готов носить её на руках, – Ведан не стеснялся того, что исповедается перед простым подданным, не обладающего ни высокими чинами и званиями.
– Я люблю её! Люблю так, что заходит сердце и подкашиваются ноги от одного её взгляда! И я хочу дарить ей эту любовь! Хочу сделать её счастливой! Но то, что ты мне поведал….
– Вы ей нравитесь, – сделал ещё одно открытие Лиан. – Или, по крайней мере, нравились до последнего времени….
Ведан, которого окрылили начальные слова молодого человека, снова сник. Он поступил с ней, как последний мерзавец.
Хуже. Повел себя, как негодяй.
Пришёл, называется, наказывать её! За что, спрашивается?!
Кстати….
– Монтесье, раз мы начали говорить откровенно, я желаю услышать и о заговоре. Мирды. Что ты можешь мне на это сказать? Я не хочу казнить тебя, поэтому….рассказывай, как есть.
Лиан опустился на тюфяк рядом с императором. Двое мужчин, объединенные судьбой одной девушки.
– Если вы её обвинили в предательстве, то зря. Ария ничего не знала. Видите ли…В те далекие годы, когда мы ещё жили в Талии, когда Ария ещё была Лазерой и ей каждый день приходилось бороться за жизнь, мы перебивались малым, я умел только ухаживать за животными.
А в разрушенной войной стране рабочих и подмастерьев хватало с избытком. Ария, когда пришла в себя, смогла заново ходить и переставала вздрагивать от каждого шороха, призналась, что отец отдал не всё золото Шарде. Вернее, Андре де Кларинже не знал, что у дочери есть свой тайник.
