— Потом, — промурлыкал он и потянулся к пуговичкам на спине.
Сопротивление угасало. Сил едва хватало на редкие возражения, которые, впрочем, никто всерьез не воспринял. Последнюю попытку разговора я предприняла, когда платье соскользнуло с плеч и путь к отступлению преградила кровать.
— Нам надо поговорить. Это важно и касается твоей семьи, — простонала, а сама отклонила голову для обжигающих поцелуев на шее. Вцепилась в широкие плечи одной рукой, пока пальцы другой торопливо дергали шелковую сорочку.
Боги всемогущие, какая я слабая и безвольная.
Но мне же нравилось!
— Мы обязательно поговорим, Мали. Хоть сутки напролет. Только позже, — глухо выдал Терлак и крепче прижался ко мне, и я ощутила силу его желания.
Очередной поцелуй уничтожил остатки сомнений и заглушил протесты. Боги, как я скучала. Всего одного раза хватило, чтобы привязаться к мужу. Рядом с ним я чувствовала себя такой счастливой, какой не была даже с Абелем. Пусть не любовь, но что-то близкое.
— Терлак!
Нас прервали грубо и бестактно.
В спальню без стука вломился Пол, и я с криком спряталась за широкой спиной мужа, спешно поправляя платье и пытаясь дышать. Неожиданный страх ледяным потоком смыл все возбуждение.
Что-то в выражении лица Пола МакГиннеса мне не понравилось сразу. Когда отступила пелена, я чётко разглядела нервное напряжение и зеленоватые искры на кончиках длинных пальцев. Рыжие волосы были всколочены, походная куртка расстегнута. Его грудная клетка подымалась и опускалась при каждом рваном вдохе, словно до покоев брата Пол бежал без возможности глотнуть кислорода.
— Какого дрыгла?! — рявкнул Терлак, закрывая меня собой.
До того, как Пол открыл рот, я поняла: случилось ужасное.
— Нам надо поговорить. Сейчас же, — не слушая возмущений и оскорблений в свой адрес, выдал он.
— У вас сегодня какой-то день откровений? — возмутился Терлак. — Выйди, дрыгл побери, пока я тебя не выставил хорошим пинком.
Раньше мне казалось, что из двух братьев Пол самый спокойный. Теперь поняла, как ошибалась насчет этого МакГиннеса.
Невзирая на вопли Терлака, он легко отразил воздушный удар. От хлесткой петли появилась трещина на стене. А следом за ней дрогнул замок, разом издав жуткий вой, от которого у меня на миг помутилось сознание.
Источник, что-то с ним не ладилось. Я чувствовала.
— Дрыгл, — Терлак поднял взгляд к потолку.
— Боги, — выдохнула я с трудом, хватаясь за сорочку мужа.
— Терлак, — прорычал Пол.
— Снег! Снег!
Крики с улицы достигли спальни.
