— Получается Юна родственница Розалинды? — нахмурился Даниэль и бросил взгляд на бледого Пола.
— Не просто родственница, а очень близкая, — хмыкнул горько Г илберт. — Мать и дочь.
Судорожно хватая ртом воздух, я покачнулась. К счастью, мне удалось сохранить равновесие. А вот Пол уже был на грани обморока.
— В смысле? — ошарашенно выдохнула Морриган.
— Это все, что рассказала мне Юна, — пожал плечами Гилберт. — Она родила Розалинду очень рано. Ей не было и пятнадцати. Прибыв в замок, они почти не разлучались. Это страшно раздражало Руперта.
Он души не чаял в Розе, но недолюбливал Юну. Характер у нее довольно скверный, — пожал плечами Гилберт.
— Мягко сказано, — пробормотала я отрешенно, вызвав у лэрда короткий смешок.
— Да, а мой брат потворствовал капризам молодой жены, потому терпел. Ведь Розалинда казалась нежной и преданной, — Гилберт вновь повернулся к нам спиной и ветер растрепал рыжие пряди. — Признаться, я тоже сначала влюбился в нее. Бездонные серые глаза, светлые локоны. Ты очень похожа на нее, Амалия.
Не чертами, образом. Воздушным и летящим. Такая жизнерадостная фея, дарующая своим близким улыбки одним только присутствием. Ровно до тех пор, пока однажды маска не треснула.
Он прислонился к стенке и устало прикрыл глаза.
— Я приехал в замок поздней осенью к сбору урожая. Розалинда забеременела Терлаком, все проходило хорошо. Руперт радовался, мрачнела лишь Юна. Разок я услышал, как буквально требовала от Розы не снимать ожерелья. Мне пришлось вмешаться, потому что очаровательная фея горько плакала и разбивала слезами сердце.
Именно в тот момент все началось. Юна разозлилась, осыпала меня оскорбления. Сказала, чтобы я никогда не приближался к Розе. Думал, что ревнует. Завидует молодости и красоте
Следующий раз я застал жену брата со служанкой. Девушка неправильно подала чай. Роза читала книгу и внезапно со всего размаха ударила несчастную по лицу. Да с такой силой, что чуть не свернула той шею. Вот тогда я заподозрил неладное. Топаз на груди вспыхнул, Роза успокоилась и ласково попросила у девушки прощения.
Попытавшись добиться ответов у Руперта, наткнулся лишь на стену непонимания. Он не мог поверить, что жена способна на подобное. Обвинил во лжи, я разозлился, мы поссорились.
Третий раз Розалинда попалась мне в саду. Распевала песню, закапывая в землю живого голубя. Полагаю, причина была в беременности. Скачки сил мешали ожерелью как-то воздействовать на нее в острые периоды. После рождения Терлака все прекратилось, она стала собой.
