"
"Но для всего высшего света я стала сумасшедшей, отказавшей будущему королю. Освободилась от гнета правил и заплатила высокую цену.
— Прости, — вдруг неловко поежился Терлак, заметив мое разочарование. Он улыбнулся и провел пальцами по волосам, отчего медные пряди вспыхнули золотым маревом в свете солнца. — Давай, Колючка, кто еще несколько минут назад обзывал меня на горном наречии троллей? И где ты этому научилась? Вряд ли в будуарах с молодыми леди.
— На фронте, лысоглювый бормоглюк! — огрызнулась я, быстро придя в себя, и протянула связанные запястья.
— Освободи немедля, иначе заставлю эту траву вокруг пожрать твои бренные останки!
— О, моя капризная леди вернулась, — хмыкнул МакГиннес, одним взмахом освобождая руки от воздушных пут.
Приятно вновь почувствовать свободу. Поэтому вместо побега, я просто потерла покрасневшую кожу и подышала озябшие пальцы.
— Да ты продрогла, — охнул Терлак.
Он сделал шаг ко мне, и мелкая дрожь заставила задрожать под тенью нависшего мужчины. Только непонятно от чего: столь близкого контакта или очередного порыва ветра.
МакГиннес же потянулся к поясу килта, и я в ужасе выставила перед собой ладони, закричав так, что несколько пичужек взлетели вверх.
— Не вздумай снимать! — завизжала я.
Пришлось резко закрыть глаза, пока цветные круги отплясывали причудливый танец в насмешку над моим смущением. Может килт служил пледом, но к виду голого мужчины вне поля боя или стен лазарета я оказалась не готова.
— Брось, Колючка, это прекрасная возможность познакомиться поближе, — раздался коварный шепот совсем близко.
Горячее дыхание рядом с ухом взбудоражило все рецепторы.
Когда он успел подойти так близко? Драконовы маги ветра!
Ты и я под одним пледом.
— Фу! Нахал! Бесчестный варвар! — ладони коснулись широкой, крепкой груди. Через несколько мгновений она дрогнула под моими пальцами от раскатистого смеха шангрийца.
У-у-у, вот бы этого гада земля пожрала. Привез, голодную и холодную — ни удобств, ни приличной таверны. Даже ванну не принять.
А ведь за несколько дней путешествия из лагеря в Ла-Перемье у меня уже кожа зудела без горячей воды с душистым мылом. Про руки говорить нечего, ведь их давно украсили мозоли и царапины. Моя наставница пришла бы в ужас от такого зрелища.
Хотелось воздушной пены, розового масла и ногти подпилить. Но никак не разъезжать поперек седла на боевом драконе.
— Гы, — я услышала раскатистый вздох Регни и открыла глаза, поскольку МакГиннес перестал смеяться.
