— Кстати, — очнулся я и выпрямился в кресле, — как он? Почему ты не привел его?
Говорил же, что у меня чутье? Даниэль с Дунканом быстро переглянулись. Грант даже замялся, будто никак не мог сформулировать слова в предложения. Он явно нерничал, поскольку начал бесцельно дергать пуговицу на жилете. Всегда так делал, когда чего-то боялся или находился в тупике.
Переведя взгляд с одного на другого, я коротко вздохнул и приготовился к худшему. В конце концов, сегодня вообще довольно мерзкий день. Пора бы уже привыкнуть.
— Ладно, говорите.
Дункан отвернулся и залпом допил виски, а Даниэль на секунду безмолвно взмолился богам.
— Фламель, — поторопил его я. — Что с Акселем?
— Ему предъявили обвинение в связи с нарушением закона об убийстве редких магических существ. Поскольку он не достиг четырнадцатилетнего возраста, Акселя нельзя судить как взрослого, — быстро пробормотал Фламель, и я затаил дыхание.
— И?
— Они запечатают его дар, Терлак, — мрачно изрек Даниэль. — Навсегда. Магические каналы мальчика будут перебиты, дабы он больше не мог использовать силу шептуна.
Бокал с тихим стуком упал, и янтарная жидкость мгновенно испортила светлый ковер. Проведя ладонями по лицу, я попытался справиться с дрожью в конечностях.
Досчитал до десяти. Не помогло. Внутри все оборвалось после оглашения страшного приговора.
— Он же маленький еще, — выдохнул я и повысил голос, — совсем ребенок, дрыглова мать!"
"— Знаю, — резко рыкнул Фламель, немного погасив мой пыл.
— Но закон беспощаден, а мальчик признал вину. Ему и так убрали из приговора соучастие в похищении леди Сент-Клер. Завтра решение приведут во исполнение, после чего Акселя отпустят.
Втянув носом воздух, я покачал головой.
— Терлак, ты же сам ратовал за ужесточение закона, — осторожно проговорил Дункан.
— Да, — тихо отозвался я. — Однако никогда не думал, что за проступки взрослых мы будем жестоко наказывать детей.
Теперь я не представлял, как сообщу Амалии такие новости.
Мальчика ждала ужасная участь.
Самая страшная из возможных для любого колдуна. Пять часов невыносимой боли, пока печать выжигает дар. Она разрывает магические каналы, уничтожает любые шансы на будущее. После такого невозможно остаться нормальным.
И при всей имеющейся власти я никак не мог этому помешать.
[1] Брокатель (от французского «Brocart») — шёлковая или полушелковая материя, с вытканными на ней золотой и серебряной нитью изящными цветочными узорами.
