И гнев на сложившуюся ситуацию оказался плохой советчиком в разговоре наедине. Хоть я старался не поддаваться, все равно бурлящая ярость прорвалась сквозь тщательно выстроенные ограждения.
— Ты умоляла Абеля не уходить, — произнес я.
— Я этого не помню, — ответила Амалия, продолжая рассматривать хрустальные отблески на озере. — Клянусь. Может, мне вообще кошмар снился. Нельзя обвинять женщину за ее страхи.
Она слабо улыбнулась, но я знал — это ложь. Мали жаждала уйти от неприятной темы, которая ранила не только меня, но и ее.
Мне же оставалось либо принять протянутую ветвь мира, либо отвергнуть и перечеркнуть шансы на будущее.
— Да, — рассеянно сказал я, затем наклонился и вновь подобрал с земли камень.
Прохладная погода вместе с легкой тяжестью в руке постепенно восстанавливали утерянное самообладание. Словно кто-то уравновесил чаши по обеим сторонам весов. Затем звук воды, едва запущенный снаряд достиг цели, немного приглушил ядовитые шепотки подсознания.
— Как твоя рука?
Вопрос застал врасплох, поскольку я его совсем не ждал.
Думал, Амалия начнет с чего попроще: к примеру, поинтересуется делами Акселя или начнет расспрашивать о Даниэле. Тем более, за прошедшие дни я почти забыл об укусе. Иногда, правда, неприятное чувство сдавливания мучило голову болями, но в целом свое состояние я оценил, как нормальное.
— Все хорошо, — отозвался с некоторой заминкой, но Мали такой ответ не удовлетворил."
"— Ее нужно осмотреть, — вдруг решительно заявила она и резко повернулась ко мне.
— Лучше вместо выяснений отношений давай следить за твоим здоровьем. А то я стану вдовой раньше, чем выйду замуж.
— Так говоришь, будто завтра мне понадобится отпевание.
— С твоим дрыгловым режимом дня? Еще бы!
Неожиданно сильный порыв ветра вырвал из пальцев Амалии кружевной зонт и модный аксессуар понесло куда-то в сторону озера, почти в самую середину. Возмущенно вскрикнув, она попыталась добраться до него веточками ольхи, но дар по-прежнему плохо отзывался. По итогу деревце затрепетало от воздействия магии, выпустило несколько молодых веточек и затихло.
Мне пробрал смех, а вот Амалия тяжело задышала от подступившего гнева и выпустила еще с десяток искр. Они сорвались с кончиков пальцев, а после упали на траву, чтобы через секунду превратиться в крохотные маргаритки.
— Не смешно! — запыхтела от недовольства Амалия и придержала разметавшиеся пряди волос. — Сейчас польет дождь, я вымокну до нитки в новом платье.
— Вообще-то, смешно.
