Периодически он давил мне на ногу, негромко шипел, восторженно хлопал и говорил сидящему рядом Дилану Робертсону: ""Да-да, витрины обязательно цветные!"". Ведь город надо сделать привлекательным внешне для всех, кто сюда приезжает. Бизнесмены, политики, знатные лорды и простые работники — каждый человек и нелюдь в Эдборге должен покидать его с желанием вернуться. И обязательно вложить деньги. Много денег.
— Серьезно? — прошипел я, уже не зная, как охарактеризовать происходящее безумие вокруг. — Мы два часа обсуждаем витрины?
— Потерпи, скоро дойдем до твоего закона, — шепнул Дункан и вновь заулыбался.
— Обговорим сорта цветов, количество лент, используемых на праздниках. Вы видели те ужасные розовые куски ткани, что повесили в прошлом году на ярмарке? — Дэвид Андерсон поджал губы.
Длинные пальцы с деланным равнодушием сжали набалдашник трости из черного дерева, словно лэрд собирался ударить Эмброуса МакДональда. Тот сидел рядом, оттягивал белый шейный платок и ковырялся зубочисткой в зубах. Удивительно, как их вообще вместе посадили.
Обычно МакДональд сидел с нашей стороны, но сегодня почему-то выбрал противоположный ряд и теперь отчаянно скучал. Периодически он прикрывал огромной ладонью рот, скрывая зевок, тер глаза и старался не заснуть, пока мужчины считали количество горшков с фиалками для украшения главной улицы города.
— МакДональд, сядь прямо, — не выдержал Андерсон, когда Эмброус немного сполз по спинке стула и вытянул длинные ноги.
— Закрой рот, плюгавый шмыгл, — привычно огрызнулся тот и подмигнул мне.
Возмущенный до глубины души, Дэвид такого оскорбления не стерпел. Говорить Эмброусу ничего не стал, поскольку побаивался двухметрового «мужлана» в костюме благородного лэрда, но выразил свое презрительное отношение к творящемуся рядом безобразию. Андерсон гордо задрал крючковатый нос, расправил хилые плечи и показательно отвернулся к молчаливому Колину Блэру, чьи маленькие, злобные глазки бегали рядам присутствующих в зале заседания.
Яркий солнечный луч как раз упал на серебристые волосы, выхватывая редкие остатки каштанового блеска, и продемонстрировал нам лысеющую макушку.
Не будь я уверен в человеческой природе Колина, посчитал бы его огромным, жирным крысюком в темносинем сюртуке и белых брюках. Они были похожи с этим грызуном, что терроризировал бедные кварталы: мерзкие, подлые и обожали нападать стаей. Блэр вот тоже держался за спинами более сильных соратников.
Устало потерев переносицу, я вновь покосился на соседний стол.
