И, боги, в них вспыхнула неподдельная ревность.
— Конечно, — самодовольно ответила Меган. — Он единственный знает о моей... э-э... особенности.
Да уж, лэрд Грант. Будете ждать племянников вечность.
Ангуса и Бакстера мы застали на том же месте, где оставили. Как ни в чем не бывало они охраняли и наших драконов, и Грантов. За это Терлак пообещал надрать каждому уши и лишить жалования, поскольку получалось, что мужчин просто взяли в плен.
Больше всех нашему возвращению обрадовался Регни. Он поначалу насторожился из-за появления нового дракона, а главное — Трогана.
Но потом забил хвостом и принялся толкаться мордой в плечо Терлака, будто не видел своего наездника несколько лет.
Эндо — ящер Брюса тоскливо посмотрел на нашу группу. У меня сжалось сердце от того, каким несчастным и одиноким вдруг стал скальный, когда понял: хозяин не вернется. Было решено оставить дракона в ангарах вместе с Вильдаром и попробовать переучить для другого наездника. И хоть меня мучили сомнения на сей счет, пришлось согласиться с решением МакГинннеса.
Отпускать на волю практически одомашненного ящера равно убить его. Они, конечно, охотились сами в горах, но без человека уже не могли.
— Я начну расследование в замке. Через две недели поговорим на приеме. И будь добр, не развали мой будущий замок, — независимо бросил Дункан, закрепляя ремни седла на Трогане.
— Тебе обязательно бесить меня, Грант? — раздраженно спросил МакГиннес и попытался схватить сестру за капюшон куртки, но та ловко увернулась, бросившись прямо к его сопернику.
Эйла переводила взгляд то на дракона, то на Гранта. Мне вдруг показалось, что девочка испытывает к лэрду отнюдь не сестринское чувство. Она прямо расцвела на глазах, когда Дункан неожиданно положил ладонь на рыжую макушку и провел нежно по волосам, промурлыкав на шангрийском:
— Mar sin leat, draught. [1]
Эйла с трудом отошла на положенное расстояние, прикрывая ладонью глаза, когда Троган принялся разбегаться и взлетать. Все время, пока были видны драконы Грантов, она смотрела ему вслед.
Даже окрик брата не заставил малышку отвернуться, та словно боялась упустить какой-то знак.
Определенно, через восемь лет лэрду Гранту придется основательно пересмотреть вопрос о женитьбе, если это чувство не угаснет в девичьем сердце. Хотя вряд ли он воспринимал младшую сестру раздражающего соседа слишком серьезно.
Стоило Эйле повернуться ко мне, на лице вновь появилось то самое надменное выражение.
