Я делала от души! На кусках ржаного хлеба лежали слоями тонкие ломтики сыра, свежий огурец, зелень, кружочки томатов и сырокопченой колбасы.
Парень расслабленно опустился на диван, сверкая голым влажным торсом и с интересом рассмотрел мое творение.
— Красиво и, должно быть, вкусно. С такими темпами, ты скоро освоишь готовку?
Я усмехнулась, оценив шутку, и несмело посмотрела на него со своего дивана. Пластыря на боку не было. Зато виднелся длинный шрам красноватого цвета.
— Какой большой! — нахмурилась я.
— Двадцать сантиметров, — хмыкнул Александр, потом прищурился. — А, ты о шраме? Доктор не сильно заботится о красоте, когда время идёт на минуты.
Я видела, как мой мучитель прячет довольную улыбку за чашкой и наблюдает, как я снова покрываюсь румянцем цвета свеклы! Что за пошляк?! Только вот я…мокрая опять. Там, внизу, между ног. Мокрая и пульсирующая. Даже от одного взгляда сейчас. Страшно ужасно! От эмоций своих страшно. И признаться себе страшно, что я не могу забыть, что между нами было.
А он… продолжает издеваться! Я уже поняла, что это игра с его стороны. Как кот с мышкой: не убьет, пока весело. Нравится меня пугать, нравится показывать, что он может сделать со мной все, что пожелает, если вздумается, просто пока не хочет. А я… А я все больше увлекаюсь этой игрой! И все чаще любуюсь его совершенным телом! И, если уж быть до конца честной с собой, не хочу, чтобы он врезал замок в ванную!
— Ты на самом деле девственница? — раздался внезапный вопрос, перебивая мои мысли.
— Да хватит уже краснеть! Я трахал тебя в ванной! Пусть не членом, но когда двое кончают, — это секс."
"— Двое? — эмоции смущения вдруг сменились удивлением и я несмело посмотрела на парня.
Александр поморщился, видимо, понимая, что проговорился:
— Да, двое. — вздохнул он. — У меня просто снесло крышу от тебя в тот миг.
— Мы договорились… что забыли. — попыталась я съехать с этой острой темы, чувствуя дичайшую неловкость.
— Да уж, забудешь с тобой, если ты меня в подъезде облапала всего!
— Я не!.
.
— Ты — девственница? — спокойным уверенным голосом повторил Александр, перебивая мои возмущения, и замолчал, пристально глядя в глаза.
31. Соня
— Да, — нехотя выдавила я из себя, отвечая на его взгляд открытым взглядом. — И поцелуй… с тобой, вот такой… настоящий… тоже первый.
— Почему ты к себе никого не подпускала? Я уверен, что были желающие. — Александр взял со стола пластырь и начал обрабатывать шов.
— Не доверяла.
