Теперь он был напористым и жадным, иссушающим.
Он будто хотел опустошить меня, выпить до самого донышка и ничего не оставить другим.
Неожиданно жадно я распахнула для него свой рот, наши языки сплелись, мгновенно вступили в жаркую схватку.
Мы боролись и одновременно поддавались друг другу. Зорин то одерживал верх, то отступал. Я понимала, что он играл со мной в поддавки. Ему ничего не стоило сделать желаемое. И если бы ему пришло в голову трахнуть меня даже в критические дни, вряд ли я бы смогла противостоять ему чисто физически.
Он был сильнее, немного сильнее, и мог сломать меня просто ради шутки. Но сейчас мы играл.
Играли вместе.
И, клянусь, ему это нравилось, не меньше, чем мне.
Он больше не ласкал меня под трусиками, гладил живот, бедра, бродил где-то очень-очень близко, но не прикасался ко мне, а я — словно оголенный провод, готовый дать искру в любой момент.
Протяжный стон вырвался откуда-то из глубины моего горла.
— Горячая штучка! Заводишь… — отозвался Назар.
Он впился зубами в мою нижнюю губу, притягивая меня ближе, ещё ближе!
Между нашими телами совсем не осталось свободного пространства.
Теперь его эрекция причиняла мне ещё больше страданий: неудовлетворение достигло пика.
Я с трудом сдерживалась… Мне хотелось потереться об него…
Потереться так, чтобы вспыхнуло яркое пламя!
Зорин медленно лизнул мою нижнюю губу, прежде чем погрузиться в глубокий жаркий поцелуй.
Его пальцы сжались на моей ягодице, приближая меня к нему.
Да сделай это уже, черт побери, вспыхнуло у меня в голове.
Мысль была будто не моей, продиктована извне.
Я такой не была… Ни с кем не была. Никто не зажигал меня так сильно.
Этого мужчину следовало опасаться и держаться от него, как можно дальше, не сходя с ума от его поцелуев.
Но ещё мгновение, и…. Боже, мне станет на все плевать!
Я.…
— Хочешь меня? — уточняет хрипло Зорин.
Его глаза горят голодным огнем. Они были полны не самых безобидных мыслей.
— Хочешь. Тебе следует это признать!
Это больше походило на приказ, чем на диалог.
Я тут же усмехнулась своим собственным мыслям: вряд ли Зорина интересовал полноценный диалог.
Его вообще мало интересовали мои желания! Нет, не было ничего искреннего в его внимании ко мне. Он хотел удовлетворить только свои желания, и точка.
Напрягаюсь в его руках.
Часть меня приказывала немедленно спускаться обратно на землю, не мечтая о глупостях.
Туман возбуждения все ещё владеет моим телом.
Я опускаю ладонь ему на грудь, желая оттолкнуть. Зорин напирает лишь крепче.
