Уже после того, как ваза оказалась в моих руках, я с ужасом поняла, что это была не лучшая идея… В своем коротеньком платье встать перед боссом попой кверху. Почему коротком? Потому что новую форму мне обещали выдать на следующей неделе, а эта оказалась маловата.
– Вот она, – я нервничала, задыхалась и дрожала. Этот человек внушал мне восторг и уважение. А я сгорала от застенчивости. Представляю, сколько в его кулаке власти. И денег. Никогда ещё не общалась с настолько успешными людьми. А они – со мной.
Я поспешила.
Слишком сильно волновалась, боялась разгневать босса, чем-то не угодить. Поэтому из-за своей накрученной паники зацепилась носком о край ковра и упала. Второй раз за неделю, чёрт! И оба раза в его присутствии.
Громкий хлопок. Звон хрусталя. Изысканный белоснежный ковер накрыло лавиной из мелких осколков. И я… упала на них ладонями.
Вот блин! Это провал! Молодец, Ди. Ты полная неудачница. Уничтожила имущество босса, да еще и поранилась.
– Ой, осторожней! Я сейчас.
Роман Викторович присел передо мной на корточки.
И… Боже! Он накрыл мои руки своими, обхватил их за запястья своими крепкими, горячими ладонями, внимательно уставился на раны. Повезло. Жить буду. Как таковых порезов нет, на коже просматривались лишь несколько неглубоких царапин, но мой босс уже вытащил из кармана пиджака платок, белый, с вышитыми на нём золотыми нитями инициалами, и осторожно принялся смахивать блестящие крупинки с моих подрагивающих ладоней.
А я забыла, как нужно дышать. Я просто застыла от неожиданности и смотрела в его утонченное, серьезное лицо без тени эмоций и на то, с какой заботой он хлопотал о моих ранах.
Данная ситуация показалась мне странной, нереалистичной. Зачем он это делает? Пачкает свой именной платок кровью какой-то там нищей уборщицы, да ещё и, по сути, стоит перед ней на коленях. Вообще-то, начальник должен был меня уволить. Немедленно! Ведь ваза, я уверена, была не из дешевой дребедени, а из чистого хрусталя. Но, напротив, миллионер, вместо того чтобы как следует отчитать безалаберную виновницу, с трепетом наглаживал мои руки.
Внезапно мужчина замер. Вскинул голову вверх и с вызовом посмотрел мне в глаза. От этого властного взгляда всё тело прошибло чередой острых молний. В его бездонных, редкой красоты зрачках вспыхнул голод. И жажда. Как будто он превратился в дикого, хищного зверя. Я даже почувствовала, как у меня волосы зашевелились на затылке, а по спине пробежал холодок. Я смотрела на него, он – на меня.
