Я так счастлива! Боже! Как же я рада! Я не удержалась и купила эти маленькие пинеточки в соседнем магазине, – не в силах справиться с эмоциями, я крепко-крепко сжимала в руках крохотные вязаные тапочки белого цвета. – Беленькие – универсальный цвет. Подойдут как для мальчика, так и для девочки. Ох, какие они крошечки. Но мне кажется, у нас будет мальчик. Почему? Как такового токсикоза не было, и мне хочется больше фруктов, нежели мяса. И тортиков. О, дааа! Хочу, хочу, хочу кучу эклеров и пятикилограммовый наполеон!
– Глупости, – Царёв хмыкнул.
– Ну какие тортики? Все знают, что настоящие мужики фанатеют от мяса. Никаких девчонок. Я сына хочу!
– Я просто… я читала на форумах…
Всё. Больше не могу говорить. Слёзы жгут глаза. Ааааа! Как же хочется плакать.
– Малыш, ты что там, снова ревёшь?
– Д-да… Не могу, прости, эмоции. Чёрт! Я на десятом небе от радости.
– Ты станешь прекрасной мамой, – голос мужчины наполнился искренней лаской.
– А ты – папой, – буркнула я в ответ на неосознанном автоматизме.
Рома промолчал.
– Ты приедешь сегодня ко мне?
Дождь быстро-быстро барабанит по стеклу отбойными молотками.
– Да. Постараюсь. Пока застрял на работе.
– Отлично, жду с нетерпением. Мы с малышом приготовим тебе кое-что очень вкусненькое. До встречи, – попрощавшись, я сбросила вызов. Но не успела положить телефон обратно в сумку, как мой «Айфон» снова запиликал.
Вот склерозница! Ну как можно было забыть о самом важном?!
– Я люблю тебя! – смеюсь очень громко, не глядя на экран, и кричу в динамик любимому.
– Прости, забыла сказать заветную фразу и чмокнуть тебя в трубку.
– Сука! А я тебя ненавижу!
Сердце, превратившись в тяжёлый булыжник, с мощным грохотом ударилось о рёбра. Мир поплыл перед глазами. В ушах завыла сирена. Я почувствовала себя так дурно, словно меня за горло схватили невидимые руки Риты с красными, кровавыми ногтями и насмерть душили.
– Я всё знаю, дрянь. Ты недавно встала на учёт по беременности. Я наняла человека. Он за тобой следил. Ты сама подписала себе смертный приговор.
Ты за всё ответишь. Ты шлюха и разрушительница чужих семей. Сдохни! Мразь!
Прежде чем я успела что-либо понять и сообразить, почувствовала сильный удар в бок. Жуткий скрип, человеческие крики, яркая вспышка жёлтого цвета… Всё смешалось в единый вращающийся клубок. И боль. Острая, сильная, страшная, невозможная боль! От которой я кричала до крови в горле и рыдала кровавыми слезами, пока то, что осталось от машины, кубарем неслось по крутому склону вниз.
И я в нём.
