А вот для этих двоих - нет. Потому что за Георгием стоял кое-кто весьма заинтересованный свалить Камиля. Нас это никак не касалось и я, человек далекий от всех этих подковерных игр, не лез туда. Лишь единожды Рус обмолвился, что Тагаев платит по старым счетам, и это - его личные разборки. Больше я этой темы не касался. Мне хватило и прошлого рзаа. Теперь же моя цель - обеспечить достойную жизнь моей семье и не подвергать ее ненужному риску.
- Готова? - спрашиваю Леру, когда мы выходим возле здания ЗАГСа. Чувствую, что она немного нервничает.
- Не укачало?
- Да. И нет.
Беру ее за руку, в очередной раз восхищаясь красотой и нежностью, и веду к дверям.
Сегодня кроме нас здесь никого. Нет шумной толпы или других молодоженов. Тихо и спокойно - как и хотела Лера. И есть в этом что-то сакральное.
Когда свадебный регистратор зачитывает торжественную речь, я смотрю лишь на нее, женщину, ставшую частью меня. Любуюсь, не могу надышаться.
Так что почти все пропускаю мимо ушей."
"- Согласен, - отвечаю на автомате.
- Согласна.
Нас объявляют мужем и женой, и я наконец-то прикасаюсь к Лере, жадно впитываю этот момент, испытывая нехарактерную романтичную потребность, чтобы все было красиво, чтобы запомнилось.
Чтобы мы потом рассказали нашим детям.
- Люблю, - шепчу, когда надеваю кольцо.
- Люблю, - вторит она, окольцовывая меня.
Переплетаем наши пальцы, смотрим друга на друга. И ощущение, что вот так, в единстве пройдет вся наша жизнь.
В счастье. В мире. В любви.
БОНУС
- Кажется, я рожаю…
С этой фразы началось наше утро.
Сумасшедшее, надо сказать, утро. Когда на часах не было еще и пяти. Муж хоть и проснулся почти сразу, реагировал довольно медленно и тормознуто.
- Уже?
- Ага, - кивнула я тогда, стараясь не поддаваться панике. - У меня, знаешь ли, воды отошли…
Дамир явно был в шоке - ведь до срока была еще пара недель. Однако мужественно справился со страхом, который я отчётливо увидела в его взгляде.
- Тогда едем в клинику.
Пока я одевалась, муж позвонил моему врачу, и когда мы выгрузились во дворе клиники, тот уже ждал нас в холле.
Дорогу я помнила смутно - схватки становились все сильнее, и, признаться, это было больно!
Конечно, мне было страшно рожать. Я понятия не имела, что и как будет, а после первой потери ребенка во мне все еще жил страх снова не справиться. И только благодаря Дамиру я держалась из последних сил. Потому что видела, что он тоже нервный, хоть я и старался этого не показывать.
Меня практически сразу забрали в родовую.
