Мы же вчера с ним занимались сексом, а сегодня он снова вставил этой уродине Жанне? Ему что, меня не хватало? Гарем подавай?!
Злость росла, как снежный ком, требовала выхода. Хотелось бить, крушить, кричать и плакать. В разгар рабочего дня здесь никого не было, и я, чтобы не сойти с ума, пнула какую-то дверь. Та отлетела в сторону, и я увидела…
— Жанна! — со злым удовольствием улыбнулась я.
Из рук женщины выпала зажигалка, а из приоткрытого рта сигарета. Женщина резко бросилась вон из курилки, но я схватила ее за волосы и, потянув на себя, прошипела:
— Куда же ты собралась? — Я сама себя сейчас не узнавала, из меня лилось такое бешенство, словно я готова была убить эту женщину на месте.
Это пугало… Но Жанну, судя по округлившимся глазам, ужасало еще больше. — Мы же еще не обсудили нашу маленькую проблему.
— Никаких проблем нет, — прошипела стерва, удерживая мою руку, чтобы сберечь свой скальп. — Нам нечего обсуждать.
— Да что ты? — ледяным тоном процедила я.
— А я вот считаю, что есть. То, что ты трахаешься с моим мужем — проблема.
— Так это твоя проблема, — выплюнула Жанна. — Для меня никаких проблем нет. Босс говорит делать документы — я делаю. Говорит сосать — я сосу.
— Шлюха, — растерялась я от ее неприкрытой наглости. — Ты вообще бессовестная? Даже то, что ты спишь с женатым мужчиной, тебя не волнует?
— А с чего меня это должно волновать? — Жанна, воспользовавшись моей оторопью, высвободилась и холодно ухмыльнулась.
— У меня нет мужа и нет проблемы. А то, что на меня встает у чужого мужа — так мне все равно. Я получаю свои деньги, и больше меня ничего не волнует.
Я смотрела на нее и не верила, что такие сучки встречаются. Нагло глазами сверкает, говорит такое, от чего в груди будто кол железный проворачивают, а еще минуту назад секретарша тряслась, словно осиновый лист, даже пыталась закурить.
Я нахмурилась: почему она тогда так разительно переменилась? Я подумала, Жанна меня боится, но не похоже.
Сначала решила, что она, как загнанная в угол крыса, нападает на противника, но тоже мимо. Жанна чего-то очень сильно испугалась, причем это связано со мной, но пока разговаривали, поняла, что вне опасности. Мне жутко захотелось выяснить, чего же она так боится. Я желала отомстить гадине, причинить ей столько же боли, сколько она принесла мне.