— Забирать вас? — с надеждой спрашиваю, потому что другой вариант, который крутится у меня в голове, мне совсем не нравится.
Натягиваю улыбку, словно это может помочь делу и подарить мне успокоение.
— Не-а, — подтверждает мои худшие опасения, а когда я поднимаю взгляд, вижу Никиту, Тимура и… младшего Лапина, идущих в сторону нашего столика.
— Даша, сваливай, — шепчу сестре, которая сидит к ним спиной и не видит их.
Страх за сестру и ее будущее меня сковывает."
"— Поздно, — одними губами говорит мне Никита, явно читая мои мысли.
Поздно для всего. Для Даши, для меня и… для Юры, если он только подумает взглянуть в сторону моей любимой сестренки.
Ребята подходят к нам с улыбками. Точнее улыбаются Лапины, а у Никиты такое выражение лица, словно его ведут на смертную казнь.
— Счастливые отцы прибыли! — восклицает Тимур, счастливо оглядев нас и запечатлев поцелуй на щеке своей женщины. — Будущий папочка тоже прибыл, — хлопает своего младшего брата по плечу.
— Девчонки, я Юра, — тянет он мне руку, но убирает, как только я поднимаю на него злой взгляд убийцы.
Протягивает ладонь Даше, и та скромно пожимает, несмотря на напряжение за столом.
— Ясно, значит, злая и добрая сестренка, — хмыкает он, выпрямившись. — Ничего, злючка, тебя тоже расколдуем, — подмигивает мне, совсем потеряв страх. — Дашенька, к тебе можно сесть? — указывает на свободное место рядом с ней.
— Нельзя! — восклицаю, пересаживаясь ближе к сестре, и тяну Лею за вторую руку, чтобы со всех сторон обезопасить Дашу.
Не даю ему и миллиметра шанса, чтобы оказаться рядом с Дашкой.
— Ну и злючка у тебя, Никит! Плохо работаешь, друг мой! — не понятно, на что намекает, но мне уже не нравится его намек.
— Она не злая, — Никита садится ко мне, как бы закрывая от Лапина. — Просто предупреждена о вашем семействе.
— А что с ним не так? — недоумевает Тимур. — Разве мы плохие? Вред кому-то причинили? Мы вообще лапочки и милашки!
— Вы преступная группировка, — бросает Лея, встав на мою сторону. — У вас один девиз “Либо ты моя, либо вот тебе лопата и копай себе яму”.
Вы же как пиявки! Присосетесь, и пути обратно нет. Кто-то из вас влюбился и все. Вешайся. Лапины тебе не дадут жизни.
— Ну да, это про нас, — довольно лыбится Юрка. — И уже поздно Дашеньке куда-то сбегать. Уже присосался почти, — подмигивает он ей. — Даже самое сладенькое место выбрал.
— Пес взял след? — уточняет Лея у Тимура, и тот кивает. — О господи, Даша, я советую тебе валить с континента.
