— И попроси, чтобы к утру врачи подготовили историю болезни Жени и анализы. Так быстрее донора найдут.
— Ага…
— Рада, я все понимаю, но сейчас тебе нужно будет сказать Жене, что вы больше не вместе, — эгоистично напоминаю об условиях сделки. — Что ты уходишь от него.
Осознаю, что это жестоко и неправильно по отношению к человеку, который болен. Но Рада сама согласилась, хотя я думал, пошлет на три веселые буквы.
И я не намерен ее отпускать! Ни за что! Особенно после того, что увидел несколько минут назад. Ей нужен рядом сильный человек.
— Женя это она, — шепчет Рада, обернувшись ко мне. — И я не брошу ее. Речи об этом не шло. Лишь о том, что я переезжаю к тебе, — ее выражение лица черствеет, и она начинает злиться на меня из-за нашего же договора.
— Ты встречаешься с девушкой? — выгибаю бровь.
— Идиот! — бросает, расхохотавшись, насколько это возможно в ее нынешнем настрое. — У меня никого нет! — заявляет и, открыв дверь, выходит из машины.
Вскакиваю и иду за ней, намереваясь получить все ответы.
— Тогда кому ты хочешь помочь?"
"— Давай об этом завтра, Никита.
Сейчас я не в силах говорить. Мне нужно к Жене, — бросает она, не останавливаясь. — Завтра я тебе все расскажу. Я тебя ненавижу, но Даша права. Ты должен знать все. Ты заслуживаешь этого, несмотря на то, что ты “элита”, — передразнивает меня, хотя мне самому не нравится этот статус и деление.
Заходим в клинику, и, показав охране какую-то карточку, Рада запросто проходит пост охраны и турникет. Долго смотрю ей вслед, а она даже не думает оборачиваться.
— Вы не знаете, к кому она? — спрашиваю охранника, который недовольно смотрит на меня и, наверное, ждет, пока уйду.
— Я первый день здесь работаю, — пожимает он плечами. — Через час мой напарник вернется и можете его спросить.
— Ага, — вздыхаю и выхожу на улицу.
Смотрю перед собой, не зная, чего именно ждать от Рады.
Кто эта загадочная Женя? Подруга Рады? Девушка? Кто она? Почему так важна моей занозе? И почему Рада так переживает?
— Тимур, дружище, — приветствую друга по телефону.
— Чего тебе посреди ночи от меня надо, черт московский? — сонно бормочет в трубку.
— Твои парни могут мне девчонку пробить и ее жизнь, черт питерский? — копирую его тон и обращение. — Она из Питера. Мои ребята долго ее пробивать будут.
— Свой монастырский обет завершил? — не упускает возможности пошутить. — Наконец на женщин смотреть начал? Ну-ну. Не зря вчера за тебя выпил.
— Ну так что? — пропускаю мимо ушей его подколки.
— Присылай, — цокает он.
