До слов аристократа оно мне очень нравилось – если честно, больше, чем вообще должна нравиться одежда, купленная врагом. Оно удобное, моего любимого цвета и как-то сразу село по фигуре.
Некоторое время думаю, потом решаю: с чего меня опять должны волновать слова «избранника»? Он считает, что я в этой тряпке эффектна, собственные глаза у меня тоже есть. Так буду эффектной, ему назло.
Когда выхожу из комнаты, Рейм окатывает меня напряженным взглядом. Он словно ожидал чего-то другого, и теперь его глаза темнеют.
Еще немного – и я подумаю, что мой вид его действительно волнует. Эта мысль совершенно неуместно проскакивает в голове. Я пытаюсь остановить ее. Буквально ловлю за хвост – потому что на миг она кажется опасной и приносит сомнения, которых я совсем не хочу. К счастью, «напарник» ничего не говорит, только кивает мне, и мы идем в большой зал в главном здании.
Его всегда отводят для торжественных мероприятий. Сейчас тут все чинно: столы с едой у стен, большое пространство в центре, огромные люстры, горящие всеми цветами радуги.
Преподаватели и студенты уже собрались. Сначала будут торжественные речи – про то, что еще один год в академии обязательно подарит нам много нового и потрясающего, про то, что руководство радо предложить нам повод отвлечься, а ребятам с младших курсов – познакомиться друг с другом.
Мы едва успеваем присоединиться к общей толпе, как слово берет Илман, а за ним – дружелюбный профессор Луграс, который всегда умеет обнадежить студентов. Если спросить меня – то понапрасну.
В первом семестре я почти поверила, что на балу меня может ждать что-то приятное.
Конечно, оно не ждало.
Выслушав очередные красивости, мы наконец идем по залу – чтобы в очередной раз поздороваться с золотыми мальчиками и девочками.
И я должна кое-что признать. Если сравнивать с вечеринкой у Ски, реакция на мою персону изменилась. Демоновы аристократы, которые тогда меня не замечали, сейчас выдают кивки и приветствия. Те, кто были подчеркнуто холодны, улыбаются и Рейму, и мне.
Не знаю, насколько искренне, но я вдруг чувствую себя очень странно. Вальдо и Ада Стиур, его нынешняя подружка, чокаются уже раздобытыми бокалами. Дулас и Кариса встречают нас, сияя.
– Смотри, что у нас есть, – набрасывается на меня блондинка, приподнимая рукой ожерелье в виде сложенных крыльев и букв «Д» и «К».
У ее глуповатого напарника – такая же брошь на пиджаке.
– Какая потрясающая идея, – воздевает брови Рейм, пока я тщетно ищу ответ.
