– Враг подается вперед, и от того, как он мной заинтересован, у меня сжимаются руки. Что он тут забыл? – Узнала, что Тео тебя отшил, и оплакиваешь свое бедное во всех смыслах сердечко.
Болезненный удар.
То, что он догадывается о моих чувствах к Альнару, – увы, не новость. Иногда мне кажется, что он знает слишком много обо всех вокруг. И обо мне особенно.
Рейм не дает мне житья уже четыре года, с самого дня нашей первой встречи. Я тогда спешила на занятия и случайно задела его сумкой. Ну как задела? В руках у меня был проект по водным урокам для первого курса – прозрачная сфера с фиолетовой водой Извечного моря, которую я с трудом добыла, чем и очень гордилась.
Я была слишком поглощена тем, чтобы донести ее до профессора Экстера невредимой, и не оценила размеры группы парней, которые встали прямо посреди коридора.
Я просто задела его сумкой – с этого все началось.
Я тогда покачнулась и, конечно, пробормотала извинения. Но вместо того, чтобы все понять и уступить дорогу, меня схватили за плечо.
– Глаза раскрыть забыла? – Высокий черноволосый парень окатил меня холодным взглядом.
– Куда торопишься, неумеха?
Я тогда всего месяц проучилась в академии, но уже слышала о нем. Даже среди знати он был своего рода знаменитостью. По нему вздыхали девчонки, перед ним заискивали другие парни.
– Прости, – нахмурилась я. – Но я же с проектом.
Его яркие голубые глаза немного сузились. Кто-то за моей спиной усмехнулся:
– А может, это способ познакомиться?
– Тогда очень идиотский, – скривился нахал передо мной.
– Во-первых, ты с Гранатового факультета, на котором учатся одни тронутые огневики. Во-вторых, растрепанные волосы и чернила на пальцах не в моем вкусе. Как и простушки.
Я почувствовала, как краска заливает лицо. А потом его дружки засмеялись, и кто-то меня толкнул.
Я почти уверена, что толкнул. Я почти уверена, что это их вина. Удар получился обидным и внезапным, и я потеряла концентрацию. Помню, что пошатнулась, сосредоточенная магия в руках дрогнула, и в следующие секунды все содержимое водной сферы оказалось на мне и придурке передо мной – на нас с Реймом.
Помню, как фиолетовая вода стекала по его удивленному лицу, капала с острого подбородка, насквозь пропитала светлую рубашку и пиджак с серебристой отделкой, который стоил наверняка больше моей полугодичной стипендии.
Помню, что думала о цене пиджака и стипендии особенно долго.
– Я слышал, что огневики криворукие, – выдохнул он почти пораженно. – Но не думал, что настолько. Тебе конец.
