И красивая шея, да. А я вся мокрая и оставляю на его одежде разводы.
Голова сильно кружится. Переживаю, что мы наткнемся на новых элементалей – но Стихии в этот раз к нам благосклонны. И мы просто идем – долго, мучительно.
Когда мы добираемся до прогалины, я едва верю собственному счастью.
И, конечно, наше прибытие не остается незамеченным.
– Что у вас случилось?! – Дала вскидывается мгновенно. Подлетает к нам. Ее помощники здесь же, но из студентов никого.
– Келли чем-то отравили, – голос Идена звенит над ухом.
– Что?
Суровая преподавательница спрашивает, с чего мы так решили.
Рейм начинает объяснять, но срывается:
– Ей нужно в лазарет! Сейчас!
– Да, конечно. – Дала бросает несколько инструкций помощникам и открывает портальную арку для нас. – Вы дойдете? Иден?
Он лишь кивает.
Пара секунд – и мы уже в саду. А там Рейм подхватывает меня на руки.
– Все не так уж плохо, – шепчу я. – Ноги не отвалились же.
Он даже не слушает. Тащит меня в основное здание и оттуда – в медицинский сектор. Я замолкаю и утыкаюсь носом ему в грудь.
Его лицо сейчас вижу лишь мельком, но знаю, что на нем очень строгое выражение.
В лазарете снова дежурит знакомая миссис Блур, и при виде нас она тоже подскакивает.
В следующие минут десять они с медсестрой допрашивают меня: что случилось, что я почувствовала, как, когда. Я все рассказываю, слабо ворочая языком. Мою ногу осматривают, глаза, язык, уши – тоже. А потом врач говорит – и даже в своем текущем состоянии я вижу, как тревожно она поджимает губы.
– Не похоже на укус насекомого, Келли.
Все, что вы описываете… и красные глаза, вот этот фиолетовый цвет ранки – это похоже на один яд, который добывают из трав на Востоке. Может, если бы вы не так старались усугубить свое состояние, распознать было бы сложнее. Но сейчас я склонна согласиться, что на вас напали. Может, укололи.
Секунду-другую я витаю в пустоте."
"– Если ты воздушный маг – можно изловчиться и уколоть кого-то на расстоянии, верно?
Даже если стоишь в нескольких шагах. Даже если вас разделяют еще четверо человек.
Скулы Идена проступают под кожей.
– Если это Глория – я ее убью. Если это кто угодно…
Его тон настолько ледяной и ровный, что мне самой становится не по себе.
В этот момент входная дверь распахивается, и в лазарет заходит ректор.
Собственной персоной.
– Вас правда отравили на тесте? – Он даже не здоровается ни с кем. Движения четкие, взгляд мечет молнии. Его я не видела в гневе раньше – но теперь явно тот случай.
Рейм отвечает за меня.
