Пусть объяснит, как туда добраться, и кто-нибудь сходит, вот хоть ты или Амаршан. Мы подождем здесь. Зачем это запечатанное письмо и что это за игра в секреты? Почему идти должны непременно Ольга с Антониной?
– Так надо, – повторял Кай, болезненно морщась.
– Он знает что-то такое, чего мы не знаем, – сказал наконец Олег. – Спорить с ним и переубеждать его бессмысленно именно потому, что у нас разные сведения относительно сложившейся ситуации. Мы сейчас можем либо подчиниться, либо проигнорировать его слова и просьбы.
Но это его лес и его история, и потому я склонен ему доверять…
– Мам, ну в самом деле, – поддержала Олега Антонина. – Ну давай мы с Ольгой сходим за ребятами, отнесем им это письмо, приведем их сюда… Ну что, если они с Владимиром так договорились: без Кая они с места не двигаются? Вот будет вместо Кая его письмо. Нам трудно, что ли?
– Делайте, что хотите, – Анжелика устало махнула рукой. – Только учтите, что Ольга эти пятнадцать километров по лесу может просто не пройти. И тогда тебе, Антонина, придется волочь ее на себе.
И я все равно не понимаю: почему бы все это, включая доставку письма, не проделать Олегу, которого все ребята из ансамбля прекрасно знают?
– Так надо, – повторил Кай и в голосе его послышались умоляющие нотки.
– Да черт с вами со всеми! – в сердцах воскликнула Светка. – Давайте только скорее. Я уже домой хочу. Хоть пожрать как следует и на кровати выспаться.
– Женщины не могут идти одни. Я пойду с ними, – спокойно сказал Амаршан, выступая вперед.
– Я не устал, не ранен, если надо, помогу Ольге.
Кай взглянул абхазцу в лицо и, сразу же отведя глаза, выругался по-испански."
"– Тебя только здесь не хватало… – проворчала Светка.
– … чурка нерусская, – с готовностью добавил Амаршан.
– Именно! – подтвердила Светка. – И вообще – не смей надо мной издеваться. Я тебе по возрасту в матери гожусь.
Амаршан только крякнул, а Лена пунцово покраснела.
* * *– До свидания, Кай, – сказала Ольга.
– Ты могла бы звать меня Кешей, как в детстве, – предложил Кай.
– А я тебя так звала?
– Да. А я тебя звал – Олька.
– Ты потом расскажешь мне? Ведь я сама ничего не знаю. Ни о тебе, ни о себе, ни о наших родителях.
– Обязательно, – сказал Кай и одной рукой притянул Ольгу к себе, а другой – вложил что-то ей в ладонь.
Ольга поняла руку к глазам и увидела пупсика голыша с носом-кнопкой и стершимся лицом.
– Да, – дрогнувшим голосом сказала Ольга, уткнулась носом в шею Кая и тонко всхлипнула.
