Здесь он, скорее всего, вспомнил про зимовье отца, которое находилось значительно ближе к месту трагедии, чем поселок. Наверное, он рассуждал так: из зимовья можно принести сухие вещи, спички, котелок, согреть и накормить сестру и согреться самому. Потом можно будет доставить ее в зимовье. А уж тогда, когда она будет в безопасности, и им обоим будет сухо, сыто и тепло, можно идти к людям…
Когда Кешка вернулся из зимовья с сухой одеждой, спичками и котелком, на берегу никого не было. Не было и никаких следов того, куда делась девочка.
Зверей, питающихся человеческими детенышами, на Беломорье нет. Если бы малышка, ослушавшись его приказа ждать, ушла в лес, он легко отыскал бы ее следы, да и ее саму – измученный ребенок просто физически не мог уйти далеко. Кешке оставалось предположить только одно: море каким-то образом забрало-таки причитающуюся ему жертву. И вот эта-то последняя потеря и оказалась роковой для рассудка девятилетнего мальчика…
– Да-а, – сказал Вадим. Его любование собой и обстоятельствами незаметно куда-то подевалось.
Теперь он был серьезен и, пожалуй что, печален. – Скорее всего, как-то приблизительно так оно все и было…
– Не говоря уж об Ольге, оба юноши имеют право знать… – заметила Анжелика.
– Оба? – переспросил Вадим.
– Конечно. Кай и Владимир. Я же, кажется, говорила вам: Ольга (словно чувствовала что-то!) проявляла к Каю повышенный и недвусмысленный интерес. Слава богу, что это не успело ни во что вылиться (только инцеста нам в этой мексиканской истории и не хватало!).
Ну, а бедняга Владимир, сравнивая себя с Каем, кажется, уже решил, что у него нет шансов… Я думаю, что они оба очень обрадуются такому обороту событий – и это еще мягко сказано! Мне надо срочно увидеть их!
– Подождите, Анджа! – вздохнул Вадим и призывно постучал ложечкой по чашке, вновь привлекая внимание женщины. К сожалению, это еще не все мои новости.
– Ах да, остались еще неприятные, – поморщившись, вспомнила Анджа. – Ну давайте, говорите, что ли. Куда же деваться!
– Разведка выяснила, что Юрий, новый звукорежиссер ансамбля «Детдом», который так эффективно работал с Каем и Владимиром над новой программой, одновременно является достаточно активным членом неонацистской партии.
Национал-большевики или как они там еще называются…
– Вы думаете…
– Я пока ничего не думаю, я просто констатирую факт, от которого, по-моему, в сложившихся обстоятельствах не стоит отмахиваться… И еще одно – на мой взгляд, куда более серьезное.
