* * *– Скажи, скажи, это правда, это ты наверное знаешь? Девочка действительно жива? Я ведь говорила с этими… Господи, какие же они омерзительные, плебейские! Особенно эта их новая покровительница, жена какого-то нефтяного нувориша! Ни капли вкуса, ни капли такта, толстая, вся увешанная какими-то дешевыми стекляшками… И дизайнер – ходит как корова, растягивает слова по-скобарски, все время словно спит. Меня там у них едва не вытошнило. Неудивительно, что девочка не смогла там! Пыль, нищета духа. Юноши, все, кроме одного, с дебильными лицами.
Все – со двора объедков… Но они ведь тоже ее ищут, даже наняли какого-то человека – и ничего, так я поняла – ничего. Зачем им мне врать, ведь я им предлагала – все… Ты уверен?
– Теперь да, мадам. Уверен. Я знаю, как вас это волнует и не стал бы вас понапрасну беспокоить, не проверив все. Похоже, девочка действительно нашлась, но…
– Что – но?! Если она нашлась, то я не желаю слушать никаких «но»! Когда она будет здесь, у меня?
– Видите ли, мадам, мне очень жаль, но девочка отыскалась в таком месте, откуда ее, боюсь, невозможно будет выпустить на эстраду и сделать из нее звезду, как вы, кажется, предполагали…
– Ерунда! Напугал! Я все знала про нее с самого начала и за деньги вытащу ее из любого сумасшедшего дома.
Наоборот, за это она еще больше будет мне обязана и благодарна!
– Но она не в сумасшедшем доме, мадам, и полагаю, просто не согласится…
– Да ты скажешь мне, наконец, или я тебя сейчас просто пришибу!
* * *– … В конце концов ребята выбрали для обкатки не очень большой, но довольно престижный и популярный в определенных кругах зал.
Называется «Средняя рогатка». Там было трудно идеологически. Это андеграунд, панк, рок и всякая такая лабуда. Ты понимаешь, я все равно никогда одно от другого не отличу. У меня же слуха нет и только одна градация для оценки: вот это я могу слушать, а вот это – нет. Скажу честно, у меня не получилось с ними договориться. И у Владимира – тоже.
Они нас просто презирали на уровне физиологических ферментных выделений, как полосатый помоечный кот презирает сидящего на подоконнике за стеклом перса. Получилось – у Кая и Аркадия. Наверное, они достаточно дезадаптивные. А может быть – по-другому пахнут."
"Наши ребята, они вроде бы вообще лишены честолюбия и согласны были выступить у них «на разогреве», то есть сначала – это, если ты не знаешь, по их стандартам самая проигрышная очередь.
