Во всяком случае, именно Огудалова была напрямую и конкретно заинтересована в Ольге и только в ней. Насколько я понял, в мальчиках-музыкантах она никакой перспективы не видит. С ней, несомненно, придется встретиться еще раз. Далее следуют националисты…
– Вроде бы они и должны быть под подозрением в первую очередь, – заметила Анжелика. – Все-таки в анамнезе радикальные теории, погромы, нападения на людей и все такое. Но… как-то мне не верится в их тонкий, скрупулезный расчет. Какие-то они у нас все-таки убогие до бескрайности…
– Да, – согласился Вадим.
– Я вас понимаю. Один мой старый приятель в определенный момент вдруг проникся какими-то чувствами к угнетаемому кем ни попадя русскому народу. Некоторое время переживал унижение сам, а потом решил найти единомышленников и начать что-то делать. Когда нашел, жаловался мне: «Вадик, ну ты можешь мне объяснить: почему за русский народ борются все сплошь такие ублюдки?» Я же не нашел ничего более умного, чем предположить, что какова идея, таковы и последователи…
– Да, национализм большого народа – ничего глупее не придумаешь, – кивнула Анжелика.
– Но как вы думаете, Вадим, они действительно могли?…
– Не знаю, и это надо срочно выяснить. Пусть Владимир свяжется с ними и просто поставит задачу: найти Ольгу. Мол, найдете – мы с вами. Самое интересное – их первая реакция. Она все решит.
– А если вдруг они ее быстренько и найдут? Что же тогда – исполнять данное обещание?…
– Да вы что, Анджа, с ума сошли?! Мы их тогда просто по судам затаскаем.
Похищение с целью шантажа – это вам не хухры-мухры. Националисты, они как мыши, клопы и тараканы – боятся прямого света. Ведь в прямом свете убогость их идеологии особенно четко просматривается. А настоящей крыши наверху, такой, какая была у погромщиков начала 20 века, у них пока нет… Следующей у нас идет церковь…
– Нет! Это – нет! – решительно заявила Анжелика. – Не станет православная церковь заниматься такими, более чем сомнительными делами. Ей сейчас это просто не нужно, она и так на коне.
Собственности по всей стране наотдавали столько, что обустроить не успевают. Руководители государства в церковные праздники стоят в храмах со свечками и оловянными глазами. Нет! Это католики для рекламы устраивали рок-концерты в церквях, да и то при прошлом, прогрессивном папе…
– Но может быть, речь идет не о всей церкви, а о каком-то… ну, я не знаю, ордене, что ли…
– Я никогда не слышала, чтобы внутри православной церкви были ордена, – задумалась Анжелика.
