Потом у них два раза с промежутком в семь лет начинался как бы роман, который оба раза ничем не кончился, а просто сошел на нет. Причину этого ни мужчина, ни женщина так и не поняли до конца, отчего в их отношениях осталась некая тянущая недоговоренность, которая, впрочем, после определенного возрастного рубежа ощущалась обоими не тягостной, а вполне живенькой и где-то даже приятной. Обоим было симпатично и безопасно думать и вспоминать о «переживаниях», которые несомненно присутствовали когда-то в их жизни, и в которых как бы еще не поставлена последняя точка.
Особенно, учитывая, что все это когда-то происходило не просто так, а на фоне неких приключений, преступлений, поиска сокровищ и прочего выделения адреналина.
– Как молоды мы были, как молоды мы были… – сказал Вадим, усаживаясь в кресло. Он достал из кейса строгую черную папку и положил ее себе на колени.
– Что-то в вас, Вадим, все-таки осталось от рыцаря плаща и кинжала, – усмехнулась Анжелика.
– Конечно, – в тон ей откликнулся Вадим. – Разве вы не знаете, что бывших рыцарей не бывает? Это – пожизненное звание.
– Знаю, разумеется, знаю… Изволите ли – кофе?
– Анжелика, вы что, подражаете моему мальчику-клиенту, возлюбленному пропавшей Ольги?
– Это мой мальчик, а вовсе не ваш! – беззлобно огрызнулась Анжелика. – И они с Ольгой не были любовниками – в том-то, возможно, и все дело! Не хотите кофе, тогда рассказывайте!
– Вы знаете, Анджа, мне с самого начала казалось, что это дело не столько детективного, сколько психологического плана.
То есть в нем, как сказал бы незабвенный Холмс, главное – это дедукция. Конечно, немаловажны в нашем детективном ремесле и различные спецсредства…
– Вадим, ради всего святого! – поморщилась Анжелика. – Кончайте павлинничать и говорите по существу. Удалось ли вам хоть что-нибудь нарыть с помощью этих ваших спецсредств?
– Увы, Анджа, годы не смягчили ваш нрав! – картинно всплеснув одной рукой (другой он продолжал придерживать папку), воскликнул Вадим. – А я так надеялся, что мне удастся хотя бы немного распустить перед вами хвост в своей нынешней литературно-романтической ипостаси.
Ведь, казалось бы, что может быть литературнее частного сыщика…
– Короче, Склифософский! – прорычала Анжелика.
– Короче: ребятам необходимо снова встретиться со всеми, кто собирался заняться их карьерой, стать их продюсером или иным образом подгрести их под себя.
– С двумя из четырех они уже встречались. Владимир должен был вам рассказать…
– Не рассказал. Вообще не рассказчик.
