Я бежала к воротам и слышала, как скулит собака, безуспешно пытаясь прорваться сквозь забор. Как только я открыла калитку, она сразу же рванула в темноту. Я выскочила на улицу и увидела у ворот соседа его машину с открытыми дверями. И кое-что еще. Несколько человек, склонившись, размахивали руками, раздавались звуки ударов и сдавленные ругательства. А теперь еще и грозное рычание. Пес крутился возле людей, вцепившись в кого-то.
Я не стала терять ни секунды. Направила пистолет в воздух и нажала на курок. Трое человек бросились в стороны.
Чуть дальше от дома Игната, там, куда не доставал фонарь, была припаркована еще одна машина. В нее они и загрузились, по дороге отбиваясь от собаки. Автомобиль тут же умчался прочь.
У ворот остался лежать только Игнат. Тайсон вернулся к нему и жалобно заскулил. Я бросилась вперед и опустилась на колени пред Игнатом. Он зашевелился и попытался встать, я помогла ему подняться. Игнат стоял, согнувшись и придерживая свою левую руку правой. На его лице были ссадины и кровь.
Но сильных травм я не разглядела, по крайней мере, внешне.
— Что с рукой? — быстро спросила я.
— Кажется, сломали, — тихо пробормотал он.
— По голове били?
— Не помню…
— Ладно, все равно ехать в больницу. Там проверят на сотрясение.
— Лучше помоги… дойти до дома, — попросил Игнат.
— Перелом сам себе вправишь? — зло уточнила я. Не услышала ответа и закончила: — Тогда не говори ерунды.
Я оглянулась по сторонам. Никакого транспорта, кроме машины Игната, рядом не наблюдалось. Искать телефон и звонить в скорую слишком долго.
Я быстро приняла решение. Обхватила Игната за талию и потащила к пассажирской двери. Помогла осторожно загрузиться в салон. Он откинулся на подголовник, поморщился и закусил губу. Его лицо было очень бледным, на лбу — капли пота. Я захлопнула дверь и увидела Тайсона, сидящего на асфальте. Рядом с ним валялась бита. Пару секунд я раздумывала, потом открыла заднюю дверь и скомандовала: ""Вперед!"" Пес мгновенно забрался внутрь и замер. А я обошла машину и села на водительское сиденье.
Разглядела, что ключи все еще болтаются в замке зажигания, повернулась к Игнату и сказала:
— Можешь стонать. Я не буду думать о тебе хуже. Покажешь, где больница?
— У тебя есть права? — сдержав стон, прошептал Игнат.
— Нет. Но это не проблема.
— Проблема… До больницы ехать пятнадцать минут… Извини… не смогу сейчас научить тебя водить…
— И не надо. Просто показывай дорогу, — произнесла я, завела машину и резко тронулась с места.
