А дальше нашли кровь на берегу, началось следствие. Показания свои я менять не стал, боялся родителей еще сильнее расстроить. Потом боялся, что меня за вранье полиции посадят. Вот так и молчал столько лет. Не знаю, имеет ли все это какое-нибудь значение. Помог бы мой рассказ следствию или ничего не изменил. В любом случае, молчать я устал, — Виктор поднялся с лавочки, постоял немного, глядя куда-то вдаль, потом повернулся к нам и с ясно различимой тоской в голосе закончил: — Я постоянно Любу вспоминаю. Чувствую свою вину перед ней.
Что мы вот так расстались, крича друг на друга, обзывая. Знаете, мне иногда кажется, что она жива. Я практически чувствую, как она смотрит мне в спину. Оборачиваюсь, а там никого нет. Думаю, сестра хотела бы, чтобы я когда-нибудь рассказал правду. Это я и сделал.
Участковый сидел молча, уставившись в землю и хмуря брови. Я какое-то время переваривала полученную информацию, потом задала вопрос:
— Как вы думаете, что Люба имела в виду, когда кричала, что все вокруг врут и обманывают? Она говорила о вашей семье?
— Не знаю, — медленно покачал головой Виктор.
— Думаю, она просто злилась, вот и все."
"Павел никак не стал комментировать все, что услышал. Просто кивнул Виктору и медленно двинулся к машине. Я пошла за ним и по дороге оглянулась. Брат Любы, сгорбившись, сидел на скамейке и смотрел себе под ноги.
* * *Мы с участковым сели в машину, только заводить мотор он не спешил. Сидел, глядя в окно, и о чем-то размышлял. Потом печально покачал головой.
— Нет, я, конечно, знаю, что такое бывает сплошь и рядом, но все равно не понимаю.
Почему они все лгут, недоговаривают, обманывают? Разве не ясно, что этим только запутывают следствие?
— Может, и понимают. Только у каждого есть свои резоны, — тихо ответила я. И не выдержала: — А разве ты сам рассказываешь все до конца?
Павел вскинул на меня глаза и вдруг смутился. Нахмурился и отвернулся. Я решила оставить эту тему.
— Итак, теперь у нас нет расхождений во времени. Если Люба пошла к реке практически сразу после возвращения из школы, то Мила могла увидеть, что с ней случилось.
— Значит, надо срочно искать Милу, — кивнул Павел.
— Не думаю, что это будет сложно. Я бы, на твоем месте, опросила людей с ее работы. Скорее всего, кто-нибудь из них помог ей с временным убежищем. Вряд ли твоя одноклассница придумала что-то более запутанное.
— Согласен, — ответил собеседник. — Завтра с утра этим займусь. Забавно, что в разговоре опять всплыл физкультурник.
