– Мелочь? А ничего, что акции компании падают, в новостях на меня льют какое-то дерьмо, полиция, антимонопольная… от всех разом гипноз не поможет, это как снежный ком…
Я замерла, стараясь не пропустить ни одного слова. Так вот что за проблемы у Виктора с работой.
– И началось все с твоей девки. Ее объявили в розыск, прокрутили сюжет о предательнице родины, обворовавшей оборонное предприятие, по новостям, связали с твоей компанией как бывшую сотрудницу…
– Заткнись, – как-то устало попросил Виктор.
А у меня же кровь в жилах застыла, даже сердце, казалось, остановило бег.
Какие новости? Какая предательница? Виктор же пообещал все уладить… Неужели все стало только хуже?
– Кто тебе правду скажет, кроме брата? Ты вот грешишь на Марину, но не думал ли ты, что это твоя Ника связана с оборотнями, и они целенаправленно ее подослали, чтобы уничтожить тебя, а через тебя и нас? Им нужно было громкое дело, которое нелегко замять. Они его получили. И, укрывая ее, ты только ухудшаешь ситуацию. А не укрывать ее ты не можешь.
Папаша… Ну-ну, продолжай верить в сказки.
– Заткнись, – на этот раз грохот был такой, будто кто-то проломил стену. – Еще один намек в сторону Ники, и я тебе кишки выпущу. Ты меня понял?
– Понял, – полузадушенно произнес голос. – Я просто… пошутил.
– Вот и отлично. Тогда займись Мариной.
– Да, конечно…
Шагов слышно не было, а потому, когда прямо передо мной вдруг оказался высокий худощавый мужчина с длинными белыми волосами, от неожиданности я тихонечко вскрикнула.
– Подслушиваешь? – брезгливо скривился он, что-то при этом жуя.
Но затем вдруг расплылся в улыбке. – Максим Алмазов.
Он протянул мне руку, словно бы собирался пожать ее.
– Вероника Романова, – заторможенно ответила я, подавая свою.
Мужчина легко потряс мою ладонь, а затем вдруг резко дернул на себя, приблизив к своему лицу.
– Какой странный запах… – задумчиво произнес он, словно бы говоря сам с собой.
– С первого раза до кого-то плохо доходит?
Я вскинула голову. На несколько ступенек ниже стоял Виктор.
Его взгляд метал молнии, но было не ясно, на кого же направлено его недовольство. На меня или на брата.
– Уже ухожу, – сладкоголосо протянул Максим, надул небольшой пузырь из жевачки и тут же его лопнул. Вампир, жующий жевачку, что-нибудь еще может меня удивить?
Он выпустил мою руку, подмигнул и, бесшумно шагая по ступенькам, вышел сначала в коридор, а затем и из дома.
Мы снова остались вдвоем.
– И много ты слышала? – недовольно вздохнул мужчина.
