Хорошо, что в то время никаких уникальных вещей мне чинить не приходилось, иначе я бы не расплатился с заказчиками.
— И как вы объяснили своим клиентам, почему не отдали им обещанное? — поинтересовался я.
— Тут все просто, — вклинился в разговор Машуков. — Поначалу Пахом сказал, что взял небольшой отпуск по здоровью. А потом я объявил, что нанял Пахома для восстановления мебели в доме моей тещи за городом. Все наслышаны о старинном особняке моей дорогой родственницы и понимают, что такому реставратору, как Пахом работы там хватит на год.
Или даже больше. Поэтому с выдачей заказов придется повременить.
— Благодарю вас, что не дали моей репутации погибнуть, Руслан Константинович, — произнес мастеровой. — Век не забуду вашей доброты!
— Главное, чтобы все наладилось, — ответил Машуков, глянув на меня. — Может быть, в этом доме и впрямь поселился кто-то из призраков и кошмарит хозяина?
— Они должны быть достаточно сильными, чтобы мешать работе, — заметил я. — И таких я здесь не наблюдаю. И не чувствую.
.. Но проверить можно.
Я щелчком поставил тотемы, зажег «Фонарь Харона». Осмотрелся по сторонам в поисках призраков. И удивленно хмыкнул. Потому что во всем помещении не было ни одного духа. Красные силуэты начали появляться под полом, за стенами, и над потолком — и это было нормально. Но вот мастерская реставратора была совершенно чиста от призраков! И в подобное верилось слабо, учитывая истории, которые рассказывал Пахом. Это даже не просто странно — это невероятно...
Я погасил «Фонарь Харона» и сказал, обращаясь к Пахому:"
"— Видимо, те фигурки Искупителя, которые расставил по мастерской Семен, и правда разогнали призраков.
Потому что в вашем доме и мастерской нет ни одного духа.
— То есть... как? — только и смог произнести Пахом.
Я пожал плечами:
— Обычно. Некромант может зажечь фонарь, на огонь которого потянутся призраки. Этот фонарь наполнен темной силой, которую очень любит нежить, и она не станет игнорировать подобное. Так вот — в вашем доме на приманку никто не среагировал.
Пахом как-то резко сник. Ссутулился, словно стараясь казаться меньше, и тяжело вздохнул. Обреченно произнес:
— Значит, вы не можете мне помочь, Павел Филиппович?
— Я такого не говорил, — быстро произнес я. — Это будет сложнее, но даю слово: я приложу все усилия, чтобы понять, что же такое у вас тут происходит. Вы очень любите старую мебель... у меня тоже есть одна маленькая страсть! Я очень люблю запутанные истории и загадки.
