Слава потянулся к своей девочке. Сграбастал руками, притянул к себе, сократив между ними расстояние до минимума. Ладонью накрыл девичий затылок.
– Люблю тебя! – уже в самые губы припечатал Барновский.
Полина не ответила. Но то, как она доверчиво подалась к нему, как приоткрыла нежные губы, впуская его язык, как обхватила его ладонями за плечи – все это говорило за нее.
Слава знал, что как только они с Полиной выйдут за пределы этой комнаты, реальность и все проблемы вернутся в их жизнь. А потому сейчас Барновский собирался использовать столь щедро подаренные ему самой судьбой время и возможность быть с Полиной.
Возможность любить свою единственную женщину. Свою любимую.
Слава и прежде помнил каждую близость с Полиной. Но сейчас все было иначе. Он чувствовал ее идеальное и прекрасное во всех отношениях тело. Осязал каждую линию и каждый изгиб. Обожал вкус ее кожи, звук ее стонов и сладость дыхания.
– Слава...
Ее шепот музыкой звенел в его ушах, а поцелуи сносили любые барьеры. Впрочем, с Полиной у него всегда сносило крышу, а с тех пор, как они вместе – никаких ограничений его тело попросту не воспринимало.
– Славочка, пожалуйста! – зашептала Полина ему на ухо так нежно, нетерпеливо, горячо, что Слава понял: нет у него времени не долгую прелюдию.
– Чего ты хочешь, девочка моя... Родная моя малышка... – зашептал Барновский, а Поля покорно развела умопомрачительно идеальные ноги и обвила ими его бедра.
Слава пропал. А ведь хотел сначала утонуть в ее удовольствии, ласкать ее, довести до оргазма, а потом уже самому.
..
Но нет, Поля все решила сама. Она требовала. А он не мог устоять перед ней.
Одним рывком Слава стянул тонкую сорочку со стройной фигурки. Успел провести ладонью по хрупким плечикам, спине. Приник к идеальному соску, втянул тот в рот.
– Ах..., – раздалось приглушенное и сиплое на выходе. Потянув Полину выше, Слава перенес вес тела на локоть. Нырнул свободно рукой ниже. Поля была готова для него. Он чувствовал ее влагу, окунул в нее пальцы, размазал.
– Слава! – ее громкий стон заставил его улыбнуться
– Сейчас, любимая, – пообещал Слава и медленно толкнулся во влажный вход.
Поля вскинула бедра ему навстречу. Крепче обвила ногами. Оплела руками. Впилась нежными губами в его рот.
Он сорвался сразу же, как только оказался в тесном и узком плену. Никаких тормозов уже не было, потому что его Поленька все сильнее провоцировала его на безумие.
Она двигалась ему навстречу. Вонзала острые ноготки в его плечи. Стонала его имя.
