Она покрутила на пальце кольцо, которое надел на ее руку Андрей, поцеловала его камни, улыбаясь, и только потом побежала вверх по лестнице."
"В будуаре никого не было — ни Глаши, ни Пантелеевны, и Анна поспешила пройти в спальню, довольная, что ее возвращение осталось незамеченным. Скорее всего, и та, и другая уже решили, как скрыть ее долгое отсутствие в доме. А уже в спальне она встала, как вкопанная, разглядев в полумраке комнаты мужской силуэт на фоне светлого пятна окна.
— O-la-la! Regardez voir! [259] Кто почтил своим присутствием нас? Mademoiselle Annette! Или она уже не mademoiselle [260]? — Петр вдруг в два шага преодолел расстояние от окна, у которого стоял до сестры, схватил ту за руку и развернул спиной.
А потом резко повернул лицом к себе. — Как понимать, моя любезная, что твое платье в идеальном порядке, когда вышла ты вон из спальни несколько часов назад не в подобающем девице виде? Неужто какую справную горничную отыскала, бродя по лесам в грозу?
— Петр, пожалуйста…, - начала Анна.
Пантелеевна, знать, открылась ему. Более никто не знал о том, что она уходила из дома в платье с полураспущенной шнуровкой.
— Петр, пожалуйста, — передразнил брат Анну, а потом поймал и ее вторую руку, больно сжал предплечья. — Как ты могла? Как ты могла сделать это? Ты! Как ты могла?! Неужто не понимаешь, что теперь все изменится? Как ты могла так поступить?
— Я люблю его, — вдруг сорвалось с губ Анны, и брат и сестра уставились друг на друга, явно удивленные теми словами, что были произнесены сейчас.
А потом она повторила, медленно, словно пробуя эти слова на вкус. — Я люблю его. И я хотела с ним быть, понимаешь? Только с ним.
— Нет, не понимаю, — покачал головой Петр. — Не понимаю. Ты подумала о том, что впереди не просто дивные летние денечки для полков? Что неизвестно, что ожидает его через седмицу, через месяц? Кто ведает, вернется ли он.
Mort au champ d'honneur [261]. И что тогда?
— Он вернется, он обещал, — ответила Анна. — Cela suffit [262]. Я не желаю думать о том ныне.
— А ты вообще думала о чем-либо? — едко спросил Петр, по-прежнему не пуская ее рук. — Думала, когда давала свое согласие на этот брак? Что за выгода тебе от этого союза? Ротмистр совсем не тот, каков тебе нужен. Отчего ни ты, ни papa не видите того?
— Да отчего ты не видишь иного? — вскипела Анна.
