Для дома очки были простые, удобные, а на выход заказала Надежда дорогую оправу, и очешник был даренный той же московской теткой, очень красивый. И черт ее дернул положить очки в ту же косметичку! Думала, так безопаснее, не разобьются, если что… Хотела, в общем, как лучше, а получилось…"
"Но это же совершенно меняет дело! Теперь она просто обязана найти Лидию! Потому что заказывать новые очки – это такая морока. Идти к врачу за рецептом, потом искать приличную оправу… К тому же она дорогая, и придется рассказывать обо всем мужу.
Он, разумеется, денег не пожалеет, но Надежде стыдно представать перед ним такой Машей-растеряшей! Ни в чем муж не упрекнет, но посмотрит насмешливо и подумает, что у жены мозги совершенно набекрень встали от безделья. От сериалов-то и не такое случиться может. И никаким образом Надежде не доказать мужу, что сериалы она не смотрит, днем телевизор вообще не включает!
Надежда Николаевна взглянула на часы и заторопилась. Она едва успевает…
Китайский ресторан назывался «Цветок мейхуа», что означает обычную сливу.
Надежда сразу заметила его по разноцветным фонарикам, приветливо раскачивающимся у входа. Внутри было полутемно, прохладно и очень уютно. Улыбчивая китайская девушка привела Надежду к столику и положила перед ней меню.
Надежда оглядела зал. Она пришла пораньше, было без десяти шесть, народу в большом зале было не так много. Лидии не было, это Надежда увидела сразу. Что ж, она сказала по телефону, что очень занята, едва успеет к шести. Возможно, ее кто-то ожидает.
Надежда была уверена, что это мужчина, с женщиной Лидия разговаривала бы совсем по-другому. Более того, мужчина этот Лидии близкий. Не сейчас, может быть, раньше… Впрочем, это только ее предположения.
Одиноких мужчин в зале было всего двое. Один в углу уставил весь стол тарелками и ел – самозабвенно и ни на кого не отвлекаясь. Не тот, поняла Надежда, к тому же мужчина был плешив и полноват, вряд ли Лидия обратила бы на такого внимание.
Второй подозреваемый был молод, но тоже весьма упитан, наголо брит и в расстегнутой на пузе рубашке.
Он пил пиво и смотрел мрачно, потом прижал к уху навороченный мобильник и заорал:
– Ну где тебя черти-то носят? Жрать хочу уже – умираю!
Тоже не тот, поняла Надежда, Лидия не позволила бы так с собой разговаривать. Во всяком случае, ночью в поезде она покрикивала на своего собеседника, а не он на нее. И не для еды они тут встречаются, а для разговора. Причем важного.
Надежда на минуту задумалась, в чем же тут дело.
