– Рая! – выкрикнула она на грани истерики. – Юбка для Селивановой готова? Как не готова? Что ты себе думаешь? Что же она, без юбки на сцену выйдет? Что скажут зрители?
– Они только порадуются… – пробормотала костюмерша, но тут же громко проговорила:
– Все, Анна, я заканчиваю!
Женщина в кожанке исчезла, захлопнув за собой дверь.
– Это ассистент режиссера, – пояснила Рая. – У нас ее зовут Анка-пулеметчица. – Она выразительно взглянула на Надежду и добавила: – Сами видите, не до интервью!
Надежда кивнула и снова выскользнула в коридор.
Пройдя несколько шагов, свернула, огляделась, пошла обратно… и через несколько минут поняла, что заблудилась.
Вокруг были какие-то лестницы, канаты и металлические конструкции. Впереди в коридоре мелькнула мужская фигура. Надежда устремилась было навстречу… Но вдруг почувствовала какое-то смутное беспокойство и юркнула за штору из плотной темной ткани.
Отсюда ей был виден только силуэт приближающегося мужчины.
Это был высокий, подтянутый человек с хорошей выправкой. Правда, он заметно прихрамывал…
Не тот ли это человек, с которым танцевала Вера на корпоративной вечеринке? Не тот ли таинственный сообщник Лидии, следы которого Надежда искала в военно-морском училище?
Незнакомец исчез за поворотом коридора.
Надежда выскользнула из своего укрытия, пошла следом, но почти сразу налетела на вездесущую женщину в кожанке.
– Вы Митрофанову не видели? – воскликнула она, схватив Надежду за рукав.
– Нет, – призналась та.
– Что делать?! – запричитала Анка-пулеметчица. – Скоро ее выход, а она как сквозь землю провалилась! Наверное, опять сбежала к своему любовнику!
– А вы сейчас не встретили такого высокого мужчину? – спросила Надежда. – Он еще хромает…
– Слушайте, женщина, мне не до вас! Сами ищите своего великого хромого! У меня спектакль под угрозой срыва! – грубо ответила Анка и умчалась прочь.
Надежда Николаевна прибавила шагу и через пару минут оказалась в фойе.
На этот раз здесь не было ни души – шло второе действие, и немногочисленные зрители ушли в зал.
Надежда на всякий случай огляделась.
Хромого незнакомца не было. Зато ее взгляд случайно упал на афишу, и она увидела в самом низу, ниже всех второстепенных актеров, ниже костюмеров, ассистентов режиссера и прочих создателей спектакля набранную мелким шрифтом строку:
«Свет – К. Кефалиди».
