— Что, правда глаза колет? — как будто нарочно нарывается стерва. Не видит берегов? Ведь сорвусь на нее, сорвусь! — Блядство никогда до добра не доводит, теперь ты это понял?! — срывается на крик, в лицо орет, а ее голос как из под толщи воды звучит. Глухо. Потому что пульс в ушах и глотке долбит, не дает очнуться из транса ярости.
— А теперь отпусти, меня Коля ждет! — снова толкает в грудь, но я хватаю ее запястья и встряхиваю бестию.
— Ну уж нет, ты за свой обман ответишь, девочка… — обхватываю Дашку одной рукой, второй достаю мобилу из джинсов, но сучка высвобождает кисть и легко смахивает телефон из моей руки и тот ударившись о край железного стеллажа падает на кафельный пол.
Нокаут блядь. — Пашка все равно узнает.
Отрезаю ровно, понимаю, что должен рассказать, но рыжая резко меняется в лице и вцепляется в мою футболку, дергая меня, чтобы привлечь внимание.
— Ты не расскажешь! — говорит без уверенности и меня кривит злая ухмылка.
— О, серьезно? Проверим?"
"— И что ты скажешь? — злится, снова голос повышает.
— Пашка я трахал твою младшую…? Да он тебе яица открутит за это! А если узнает, что мы не предохранялись, и член захватит. А папа? — режет по живому без анестезии. Дружбой с Геннадичем я дорожил. Он мне все равно что батя. — Скажешь ему как дочку его в душе отымел? Думаешь, по головке погладит? — снова сорвалась на крик, и мне тоже хотелось заорать, но воздуха не хватало даже чтобы одно слово произнести.
Она права. За мой проступок меня просто четвертуют и будут правы.
Я бы сам лично это сделал с любым, кто посмел обидеть мою семью. Что делать, блядь, что?
— Не говори им… — выдыхает ровно, и я разжимаю руки и отшатываюсь как от прокаженной. Дашка упирается спиной в стену и съезжает по ней на пол. — Не говори, нельзя им знать.
В ее словах есть доля истины, но в голове не укладывается, зачем она соврала мне? Не назвала свое имя, понимала, что пальцем не трону в таком случае. Почему не остановила?
— Когда у тебя месячные?
Покраснела, отвернула голову в сторону.
Не смотрит в глаза.
— Через две недели.
Сука.
— Подождем, сделаешь тест. Молись, чтобы не залетела, иначе…
Голос срывается, не хочу пока об этом думать.
— На глаза мне не попадайся, поняла?
Кивнула, а я поднял телефон и заметив что экран пошел трещинами поморщился.
— И со своим этим хахалем чтобы рассталась, — бросаю развернувшись к двери уже не глядя на Суворову.
