— Где Геннадич?
Даша демонстративно отвернулась и принялась мыть овощи, а Пашка перевел взгляд куда-то за мое плечо и я услышал зычный голос главы семьи.
— Марк, рад что и ты приехал. Дарья, достань еще стакан для Марка, идемте во двор, там уже все готово.
Рыжая подчинилась и нехотя потянулась к шкафу с посудой, но из мокрых рук стакан выскользнул и рухнул на пол, рассыпаясь на сотни осколков.
— Черт! — выругалась, закусила губу, Геннадич нахмурился и покачал головой. Даша присела, собирая крупные куски и я тоже машинально опустился рядом и забрал стекло из ее пальцев, цепляя осколки.
— Я помогу…
Даша на секунду вскинула на меня удивленный взгляд, а потом продолжила собирать стекло.
— Как закончите, выходите, мы будем во дворе, — Геннадич объявил и вышел из кухни вместе с сыном, так и не проронившим не звука с самого моего прихода.
Даша достала урну и высыпала в нее собранные осколки, а потом шагнула к чулану, в котором мы с ней ругались в прошлый раз, и скрылась за дверью. Выбросил остатки осколков, торопливо выпрямляясь и вошел вслед за рыжей в тесное помещение.
Она уже выходила и ткнулась мне в грудь носом, не ожидая что я буду тут. Веник и совок из ее рук пришлось перехватить, чтобы она не заехала ими мне по роже и как только я отложил инструменты улыбнулся раздраженной рыжей.
— Если я скажу, что все обдумал, это будет уважительной причиной не бить меня по яйцам?"
"Закатила глаза, скрестила руки на груди. Промолчала.
— Я хочу, чтобы ты вернулась.
Ей видимо показалось, что она ослышалась, потому что она напряглась и уставилась на меня в недоумении.
Будто не верила своим ушам.
— Хочу, чтобы ты вернулась в квартиру. Я обещаю не нарушать твое личное пространство, и не злиться, когда будешь приводить домой толпу малолеток в пачках.
— Марк ты псих? — первое и надо сказать обидное слово. Не к такому я готовился. Черт. — Я никуда не поеду. Я не беременна. Точка. Больше нам не о чем говорить.
— Какая разница, беременна или нет. Нас влечет друг к другу, ты не можешь этого отрицать…
— Влечет? — зашипела громче, и я напрягся боясь, что нас услышат.
— То, что ты хочешь трахаться, не значит, что влечение взаимно!
— Я не просто хочу трахаться, Даша, — отрезал раздраженно, торопясь договорить пока не перебила. — Я хочу делать это с тобой.
— Сегодня, да. А завтра? Что будет завтра Марк? Когда ты наиграешься, и я тебе надоем?
Замолчал, сбитый с толку ее запалом. Дашка будто вечность молчала и теперь собиралась высказаться за все пропущенное время.
