Ну какого чёрта я жду таких признаний?! Зачем они? Даже если он и скажет нечто подобное, то верить всё равно нельзя! Этому негодяю больше нельзя верить!
— Я же твой старший брат, — Даня подходит ещё ближе, а я снова делаю поспешный шаг назад и врезаюсь задницей в тумбу. — Должен за тобой присматривать…
Его ладонь поднимается словно в замедленной съёмке и тянется к непослушной пряди моих волос, что постоянно выбивается из причёски. Задерживаю дыхание, взволнованно ожидая, что он сделает дальше.
Даня тянется, не потом его ладонь застывает в воздухе в миллиметре от моих волос.
Брат сцепляет челюсти и сжимает ладонь в кулак, так и не дотрагиваясь до меня.
— Ты спал с ней? — шепчу еле слышно. Знаю, что спрашивать подобное — непростительная слабость с моей стороны, но… эта противная ревность разъедает внутренности подобно змеиному яду. Вот уже вместо сердца у меня внутри непонятная кровавая каша…
— А ты? — так же тихо спрашивает он.
— Я первая спросила! — прищуриваюсь.
— Нет, не спал, — он поднимает брови. — Ты мне веришь?
— Нет! — мотаю головой.
Это правда. Я же прекрасно знаю, какое он похотливое животное! Со мной он переспал не задумываясь! Мы даже знакомы не были! Так что в то, что Даня прошёл мимо очередной доступной юбки я ни за что не поверю.
— А что на счёт тебя?
— Ну а я, — выдавливаю ухмылку. — Я спала.
Поднимаю брови, с триумфом глядя на брата. Пусть не думает, что я какая-то наивная дурочка! Что буду ждать его дома, пока он вытрахает всё, что движется в радиусе пятидесяти километров!
Его лицо темнеет.
— Собирайся, — голос становится резким. — мы едем, и точка!
— А если я откажусь, то что?
— Не заставляй меня прибегать к крайним мерам!
Меня колотит от его самоуверенности. Вот же козёл!
— Ты просто трус! — нервно сглатываю. — Боишься оставить меня одну? Тогда сам не ехай! Зачем тебе эти вечные пьяные тусовки?
— Тебя это не касается.
— Ещё как касается, раз ты меня за собой тащишь!
— Просто не хочу, чтобы моя сестра превращалась в местную давалку!
Ладонь влезает и приземляется на его щёку.
Звон пощёчины злвеще разлетается по комнате.
— Урод!
— Стерва!
Мы оба дико дышим, а потом…
Сама не знаю, что заставляет меня сделать это… честно, я даже не понимаю, как так выходит, но…
Я целую его. Приподнимаюсь на носочках, и быстро впиваюсь в его чувственные мягкие губы.
Поцелуй получается смазанным, потому что почти на полпути меня простреливает пониманием того, что творю, и я, лишь быстро прикоснувшись к нему, также резко отстраняюсь.
