— Завидуешь небось, что тебе эта бледная задротка досталась, а мне — моя аппетитная мачеха с новыми сиськами?
— Как управлюсь с Молью, займусь и твоей мачехой! — выдаёт Соколов. — Или, может, мне лучше этой… как её… — задумчиво смотрит на меня. — Полиной озаботиться, а?"
"Вот тут настаёт моя очередь беситься. Вот же сучёныш! Неужели он что-то заметил?
— Только тронь мою сестру, Соколов, и я…
Руки весь день чесались кому-нибудь вмазать, и теперь воинственно сжимаются в кулаки.
— Да ладно тебе, — продолжает издеваться.
— Ты же сам вечно ноешь, как мелкая стерва тебя бесит! Хочешь, я как-нибудь её прокачу на своём байке? Она эту поездочку точно не забудет!
Ну всё, козлина, сейчас ты у меня получишь!
Уже было заношу кулак, чтобы хорошенько вмазать ему, как к нам подходит Марина.
— Эй, придурки, вы что тут делаете? Подраться хотите? — она устало вздыхает. — Ну-ну. Прошлый раз я вас обоих в медпункт тащила на себе. В этот раз не буду! Загребли, честно!
Маринка останавливается возле нас и окидывает недовольным взглядом.
Последний раз мы с Артом подрались полтора месяца назад. Причину уже не помню, мы оба бухие были.
Марина с Артёмом снова обсуждают спор и его ненаглядную Моль. Она даёт ему советы по поводу её соблазнения, а я слушаю их разговор в пол-уха. Заебали уже их игры. Всё, с меня хватит.
— Я ушёл, — бросаю им и поворачиваюсь спиной, спускаясь по лестнице. Хочу потягать железо, чтобы отвлечься от мыслей о споре, о мачехе и сестре.
Надо просто сделать это и всё.
Разрубить долбанный узел, что связывает нас с Полиной. Если трахнуть порочную мачеху, я же о Поле забуду? Клин клином вышибает. Или же нет?
Несмотря на прелести мачехи, что она постоянно выставляет напоказ, меня она не особо вставляет. Как думаю о ней, так омерзение подкатывает. А должно быть наоборот! Дрочить на мачеху куда лучше, чем на сестру!
Занимаюсь на тренажёрах до седьмого пота. Хочу себя настолько ушатать, чтобы не было больше сил ни на что! Даже на мысли о мелкой занозе.
Она будто под кожу мне залезла. Сидит там и ноет. Болит. Ежесекундно напоминает о себе, отравляя существование и заставляя чувствовать себя настоящим извращенцем.
— Ольшанский, ты сегодня в ударе, — усмехается проходящий мимо тренер. — Иди уже отдохни!
Тяжело дыша, выключаю беговую дорожку. Чередую силовые и кардио подходы. Смотрю на часы. Ладно, пора сворачивать.
Наспех принимаю душ, и выхожу в пустой коридор.
Зачем-то иду дальней дорогой.
