А с болезнями разными или за снадобьями жители в городок под названием Шахты ездят.
Несмотря на название, никаких Шахт в округе не было, уже лет триста, если не больше, как их все засыпали ради безопасности. Когда-то - да, добывали серебро, но потом жила иссякла, а народ уже обжился, так что, посёлок старателей давно превратился в городок, в котором жили ремесленники и торговцы, а название осталось.
Что в Дубках, что в Шахтах, и людей, и оборотней было примерно поровну. Поэтому клиенты мне точно обеспечены - у оборотней раны заживают быстрее, но болеть, они всё равно болеют, хотя и не так тяжело, как люди.
А людям тем более мои сборы и настойки пригодятся, особенно учитывая, что сами Дубки раза в четыре больше наших Коряжек. Главное - чтобы нам землю выделили под огород и травки, а уж жить мы хоть в сарае сможем со всеми удобствами.
Коврижка и варёные яйца, прихваченные мною в дорогу как раз на такой случай, скрасили близняшкам остаток дороги, и вели они себя смирно - точнее, Поузи не капризничала, а Суози и так была тише воды, ниже травы.
Когда мы въехали в город Ремняк - откуда это название взялось, я не знала, - девочки прилипли к окнам. Мы бывали здесь с бабушкой по нескольку раз в год, и даже брали с собой Крофа и Поузи, его нарядив девочкой, её - мальчиком, чтобы при случайной встрече с односельчанами те не заметили сходства с их близнецами.
Хотя и был риск, что «лишние внуки» у травницы Кризанты всё равно привлекут ненужное внимание, но бабушка решила рискнуть, даже какую-то легенду заготовила, потому что, по её словам, это была единственная возможность вывезти Крофа и Поузи «в люди», чтобы совсем уж дикими не выросли.
А вот Суози нигде, кроме Коряжек не бывала, ей сейчас всё в диковинку, с другой стороны, она хотя бы росла среди людей.
Я тоже с любопытством разглядывала дома за окном - сначала совсем ветхие, у нас в селе сараи покрепче были, - потом дома стали лучше, крепче, пошли каменные, двухэтажные. И вот к одному такому, с просторным двором и большими надворными постройками, наша карета и свернула.
- Гостиница, - выглянув в окно, сказал Лите. - По дороге в Коряжки мы с господином Ликолвером останавливались здесь поесть и лошадей накормить. А на полдороге к Коряжкам он из кареты выскочил и велел мне сюда возвращаться, а сам зверем напрямую ушёл. Ночью вернулся, а рано утром куда-то уходил надолго, потом пришёл, и мы за вами поехали. Видимо, тут и заночуем.
Кажется, я знаю, куда именно оборотень утром уходил. Точнее - зачем.
