Встретить подобное существо, найти его среди массы созданий типичных, ничем не примечательных, – чудо, большая удача. Возможно, такой уникум, в силу своих талантов, станет мостиком между двумя расами, ибо он способен отрешиться от привычного и понять иное. Другие мнения, другие чувства, другой взгляд на мир...
Так рассуждал профессор Маунги, а курсант Тревельян, уникум среди людей, вслушивался в его слова и мечтал, как он будет отрешаться от привычного в каком-нибудь из благодатных миров кни’лина или лоона эо. Судьба, однако, решила иначе, зато свела его с Ххешушем.
В самом деле, чудо и удача! Возможно, этот бывший вояка, буян и нищий оборванец был единственным художником среди шестидесяти миллиардов хапторов! Но если даже не так, если нашлись бы еще ему подобные, чудо оставалось чудом, удача – удачей.
Размышляя на эти темы, Эрик приблизился к воде. Она казалась прозрачной, теплой и такой манящей! Крохотные волны набегали на песок, шелестели среди камней, маленькие юркие рыбки сновали у самого дна, то собираясь стайками, то исчезая в пронизанных солнцем глубинах.
Рыбки были полупрозрачными, голубоватыми, длиною с палец и, похоже, без плавников и хвоста; они плавали, извиваясь всем телом. Светило Утарту маячило над горизонтом словно круглый золотистый глаз, в небесной выси тянулись караваном облака, и никакие чудища, подобные изображенным в холле миссии, не возникали из вод морских. Ни жутких спрутов со множеством щупальцев, ни зубастых акул, ни гигантских тварей вроде той, что украшала тронный зал владыки Кшу.
.. Мирная и такая земная картина!"
"«Не искупаться, так хотя бы ноги смочить», – подумал Эрик и снял сандалии. Затем он ступил в воду – совсем неглубоко, по щиколотку, чувствуя, как скользит под ступнями мелкая, нагретая солнцем галька. Это было так знакомо и приятно! Камешки под ногами, теплая вода, морская ширь, отливающая синеватой сталью, а над ней – бездонное небо... Блаженствуя, он прищурил глаза, вспомнил Сезун’пагу, назвавшего купальщиков дикарями, и усмехнулся.
Бедные, бедные хапторы! Такие моря на их планете, такие океаны!.. Не хуже, чем на Гондване, в самом райском уголке Вселенной! Моря хороши, только хапторы в них не купаются... Оттого, вероятно, что нет у них понятия о красоте, нет культа нагого тела, нет романтики. Хотя тот же Ххешуш мог бы...
Внезапно острая боль пронзила Эрика. Казалось, в ногу впился тонкий гвоздь или игла; он вскрикнул, и тут же десяток других гвоздей всадили ему в ступни и щиколотки.
