Корявые, невысокие, но с пышной серо-зеленой листвой, они вцепились в почву узловатыми корнями и будто охраняли вход в другое помещение. Из него тянуло аппетитными запахами, и Эрик увидел, как затрепетали ноздри и приоткрылись рты у Раграш’шарха и его помощника. Довольно заурчав, диспетчер устремился к столу с блюдами и кувшинами, остальные поспешили следом. Три огромные птицы дымились на подносах, и в каждой торчал клинок с костяной рукоятью; другие блюда и подносы были завалены печеными и свежими плодами, фруктами, сладкими листьями и чем-то похожим на круглые пористые губки.
Эрик вдруг почувствовал, что голоден, но усомнился: его ли это ощущение или ментальная волна, пришедшая от хапторов?
Птица оказалась вполне съедобной. Отведали мяса и плодов, опустошили кувшин кхашаша, закусили салатом из листьев. Теперь хапторы насыщались неторопливо: хрустели на зубах кости, текли по щекам слюна и струйки сока, их вытирали влажными губками, наполняли чаши и пили не спеша. Заметив, что Раграш’шарх совсем размяк, Харгрейвс придвинулся поближе, начал о чем-то толковать с диспетчером, обращаясь иногда за помощью к «говорильнику».
Эрик выбрался из огромного кресла, обошел округлый, довольно просторный зал, коснулся стен – явно из пластика, имитирующего камень. Высокий потолочный купол светился голубым, в нишах стояли обтянутые кожей диваны, мебель выглядела добротной, массивной; блюда, кувшины и чаши – ей под стать, из тяжелого серебристого металла. Контраст с технологическим уровнем был разительным.
«Маленький рай для избранных», – подумал Эрик.
Над диванами в одной из ниш висело что-то непонятное – вроде бы узкий длинный коврик, сплетенный из жгутов или трубок в палец толщиной. Различить узор казалось невозможным – жгуты были темными, со стеклянистым блеском, словно выточенными из обсидиана. Но как только Эрик приблизился, странная вещица ожила, вспыхнула мягкими переливчатыми красками, являя череду изысканных узоров. Узоры текли, струились, отращивали щупальца, тянули их к Эрику, проникали в его плоть, срастались с ней; внезапно он почувствовал, как мышцы начинают дергаться, повторяя ритм смены красок и узоров.
«Инопланетная магия», – подумал он и отступил. Сияние коврика погасло.
За его спиной раздалось пыхтенье. Обернувшись, Эрик встретился взглядом с Шаргони’ кшуром. Хаптор взирал на него, словно на лакомую птичью косточку.
– Молодому ашинге это интересно? – Шаргони’кшур ткнул пальцем в коврик. – Это привез корабль слуг лоона эо.
