– Их мощность недостаточна. Тут есть терминалы с управляемой гравитацией?
Хапторы переглянулись, заговорили друг с другом, но в стремительном потоке рычаний, рева, хрипов и скрежета Эрик с трудом улавливал знакомые слова. Сезун’пага молчал, состроив каменную морду. Кажется, услышанное ему не очень нравилось.
– О чем они толкуют? – поинтересовался Харгрейвс.
– Похоже, спорят насчет терминалов, о которых вы спросили. По мнению Раграш’шарха, это закрытая информация, а его компаньон считает, что можно взглянуть, но издалека.
Мол, не будет беды, если ашинге увидят то, о чем и так знают.
– Увидят что? – Торговый атташе насупился. – Причал с силовым полем и гравиприводом? Ну, прямо великая тайна!
Сезун’пага раскрыл рот:
– Тут хозяйствовать клан Хочара. Они очень, очень почтенный, очень любить гости. Пора к стол, говорить. Хашказа и кхашаш приятственно.
– Врет, – шепнул Харгрейвсу Эрик и произнес погромче: – Мы еще не голодны и полны сил. Но, возможно, пха утомился?
– Нет, – буркнул «говорильник» и захлопнул рот.
Спор диспетчера с помощником закончился. Раграш’шарх погладил живот и вытянул руку в сторону кара:
– Едем! На станции есть разные терминалы. Ашинге увидят.
– Другое дело! – Харгрейвс скривил рот и забрался на сиденье экипажа. – Раньше начнем, раньше закончим. Тогда и будет приятственный кхашаш."
"Они снова понеслись в широком тоннеле. Вероятно, он пролегал по всей окружности тороида; с внешней стороны к нему примыкали терминалы для стыковки кораблей, с внутренней, ближе к оси станции, тянулись ангары и склады для хранения и обработки грузов.
Среди этих помещений Эрик заметил лифтовые кабины и пандусы, ведущие на нижний и верхний уровни; очевидно, там находились жилые каюты, казармы, места для отдыха и отсеки всевозможных служб. Станция была огромна, и обитавших здесь хапторов хватило бы, чтобы населить целый город.
Кар пересек широкую синюю полосу. Она словно перегораживала коридор, и за ней, примерно в сотне метров, открывался проход к очередному терминалу – широкие врата с раскрытыми лепестками диафрагмы.
Здесь Шаргони’ кшур притормозил на пару минут, показав знаком, что нужно сидеть в экипаже и соблюдать молчание.
Этот стыковочный узел был особенно велик. Чуть ли не половину видимого пространства занимали составленные ярусами тусклые цилиндры и шестигранные призмы, и их количество продолжало увеличиваться. В воздухе сновали автоматы с четырехпалыми лапами, цепко ухватившими груз, и двигались они без лязга и грохота, почти бесшумно.
