Так что, нужно сделать все правильно с первого раза. Завтра прочитаем слепок и все станет известно.
— Хорошо… Кузина, я приглашаю тебя в нашу столовую на обед. Да, курсант дер Таррен, вы сможете остаться здесь и дождаться, когда проснётся дер Лаврен? Возможно, она испытает некоторую дезориентацию. Потом отведите её поесть, ей понадобится силы.
— Так точно, — отозвался Даренс.
Раздался звук открывающейся двери, шагов, какие-то неразборчивые восклицания, затем в приемной послышался голос Лорэла:
— Дар, ну как все прошло? Мы с Веланиром уже начали беспокоиться.
Как Аэнн?
— Что за Аэнн? — удивился Дар.
— Ну она же сама сказала — ее звать Анн и Энн. Получается Аэнн, — пояснил Лорэл.
— Ну… Она ещё спит.
— А знаете, теры, почему бы вам не пойти и не пообедать сейчас, а я пока посижу тут. А потом вернётесь и меня смените, — предложил Веланир.
— Отличная идея! — оживился Лорэл. — Правда, Дар, пошли быстренько поедим и вернёмся.
Аня услышала, как братья дер Таррен покинули соседнюю комнату.
На некоторое время там установилась полная тишина. Осторожно, на цыпочках, девушка отошла от дверей. Она подошла к ректорскому столу. На нём сидело нечто вроде большущего, размером с баскетбольный мяч, морского ежа.
""Наверное, это и есть тот самый слепок"", — размышляла Анна, разглядывая ежа. — ""Если я попрошу свой дракофейс подключиться к нему, получится стереть с него мои воспоминания, или нет? "" Открывать доступ целительнице и ректору к своему прошлому она была не готова.
Аня протянула руку, дотронулась до одной из иголок, рассчитывая, что её дракон подключиться к ежу сам, как он и делал обычно с другими устройствами. Но драконий хвост никуда опускаться не спешил. Аня постаралась сконцентрироваться на приказе — ""установить доступ"". Зараза дракон даже не пошевелился. Тут девушка неудачно дёрнула рукой и поцарапала палец об иголку, за которую держалась. Капелька крови упала на поверхность ежа и тот, почти мгновенно, окутался дымкой.
А сама Аня вдруг почувствовала, что она находится сразу в двух местах. Она продолжала стоять у стола и, в то же время, она шла по замерзшей земле, внимательно смотря себе под ноги. Отчаяние, которое она при этом испытывала, было не передать словами. Они искали. Уже долго, с упорством, превосходящим усталость, безысходность, тоску. Они искали. Но не находили. А это значило, что они останутся тут очень надолго.
