И трехминутный танец в компании Джека Блаунта не приравнивается к двухчасовому выговору от отца.
– Мы будем вместе учиться, – продолжает Джек. – Ты рада?
Опустив глаза, я глубоко вздыхаю. Не уверена, что я испытываю что-то похожее на радость. Как только мне исполнится восемнадцать, мой отец будет настаивать на замужестве.
– Эй, Кимберли, – Джек усиливает хватку на моей талии, его пальцы впиваются в кожу через тонкую ткань платья, заставляя поежиться. – Почему ты молчишь? Ты не рада, что мы будем вместе учиться?
Я собираюсь закончить разговор, ответив Джеку что-то нейтральное, а потом под каким-нибудь предлогом уйти.
Мне не хочется с ним танцевать. Его близость и его прикосновения не доставляют ничего, кроме единственного желания – бежать.
Ба-бах!
Вдруг снаружи дома раздается оглушительный взрыв. Резкий грохот перебивает музыку и голоса гостей. Я вздрагиваю и тревожно оглядываюсь по сторонам.
Что случилось?
Ба-бах!
Гремит еще один взрыв, заставляющий дрожать стены. Я замечаю, как в высоких окнах гостиной, выходящих на задний двор, множество розовых искр окрашивают вечернее небо.
Мои брови ползут вверх от увиденного.
Я знаю, что в конце вечеринки будет запущен салют. Но с какой стати он начался прямо сейчас?
Ба-бах!
Еще один оглушающий взрыв, но на этот раз он гремит совсем рядом с домом. Раздается звук разбитого стекла, после которого начинает визжать пожарная сигнализация. Женщины вскрикивают, мужчины выдают ругательства. Я отстраняюсь от Джека, который ошарашенно осматривается по сторонам.
Ба-бах!
В гостиной разбивается огромное окно от пола до потолка. Искрящийся фейерверк попадает в старинную скульптуру, установленную у основания лестницы. Осколки Богини Деметры разлетаются в стороны, пока тысячи стеклянных осколков усеивают светлый мраморный пол. Пространство начинает заполняться дымом, и гости испуганно бросаются к выходу.
– Кимберли, нужно убираться отсюда! – Джек пытается схватить меня за руку, но я отмахиваюсь от него.
Он уходит, а я остаюсь на месте, пытаясь справиться с подступающей паникой. Туман постепенно заволакивает все вокруг, но сквозь пелену я всматриваюсь в пространство заднего двора. Мое сердце опускается на дно желудка.
Мне мерещится, или я вижу рядом с фонтаном темный силуэт?
В воздух поднимается еще один залп и взрывается в небе. Сияние от фейерверков на несколько секунд освещает задний двор, становится ярко, как на стадионе под огнями прожекторов.
