Темные волосы спадают на лоб, отчего Кэш выглядит на свой возраст. Порою я забываю, что мы с ним ровесники. Кэш всегда кажется слишком взрослым со своим проницательным взглядом и хорошо сформированным телом.
– Это она должна была уйти, а не ты. Одно твое слово, и она бы вылетела из-за стола, как…
– Не болтай, – я осторожно прижимаю вату к его губе. – Держи тампон, а я схожу за льдом, чтобы снять отек.
Я собираюсь уйти, но Кэш не дает мне этого сделать. Он хватает меня за руку, оставляя на месте.
– Ты хоть понимаешь, что эти ублюдки могли сделать с тобой все, что угодно? – Кэш не сводит с меня хмурого взгляда.
Он сжимает челюсти, и его беспокойный тон вызывает внутри меня жалкий трепет. Не знаю, почему, но я не чувствую ни страха, ни отвращения. Я понимаю, что на меня напали. Я понимаю, что меня схватили и хотели сделать мне больно. Я понимаю, что…
Я вздрагиваю, когда Кэш задирает рукав у моей куртки. Его синие глаза становятся черными, когда он видит красные следы от пальцев, расцветающих на запястье.
В момент нападения я была так напугана, что не ощутила боли от хватки.
– Он тронул тебя, – Кэш снова стискивает зубы. – Этот урод тебя тронул.
– Со мной все нормально, – я пожимаю плечами. – Это максимум, что он со мной сделал до того, как ты успел появиться.
– Это не максимум. Я предупреждал его, что у него нет никаких прав. Но он имел наглость напасть на тебя. Это плевок в лицо, а я не потерплю неуважения. Он и его ублюдки не отделаются парой ударов.
– И что ты собираешься с ними делать?
– Не забивай свою очаровательную голову подобным дерьмом. У тебя еще где-то болит? – спрашивает Кэш и наглым образом оттягивает мою куртку.
Пожалуй, слишком придирчиво он осматривает мои плечи и грудь, которая достаточно открыта из-за корсета. Под его пристальным взглядом мое лицо загорается, и я отстраняюсь, поправляя воротник куртки.
– Я же говорю, что со мной все нормально, – я меняю тему. – А теперь я могу обработать рану у рыцаря в сияющих доспехах?
Кэш злобно ухмыляется.
– Я никогда не был и не буду рыцарем. Я кошмар, который скоро случится с ублюдками.
Не обращая внимания на его слова, я вновь дотрагиваюсь ватным тампоном до разбитой губы Кэша. На этот раз он не отмахивается от меня и позволяет о нем позаботиться.
– Я не знаю, что было на уме у этих парней, но явно ничего хорошего, – я смотрю Кэшу в глаза. – Спасибо, что избавил меня от них.
