– Мне известно, что его сейчас заправляют и готовят к отплытию, – говорит Киллиан. – Через два-три часа, может быть раньше.
Фрэнк кивает и стряхивает пепел с сигары. Снова затягивается и выпускает густое облако дыма.
– Собирай людей и готовь их к тому, чтобы сегодня утром уничтожить Лейтона и всю его банду.
После этого он переключает свое внимание на меня.
– Ты поедешь с нами и покажешь тех, кто убил Трейси, – произносит он тоном не терпящим возражений. – Взамен ты получишь новые документы и пятьдесят тысяч наличными.
И если ты ошибешься или обманешь меня – ты умрешь.
Его задумчивое лицо становится настолько безжалостным, что к горлу подступает резкая тошнота. Я уверена, что такому человеку, как Фрэнк, не нужно оружие, чтобы убить. Он разворачивается и перед тем, как уйти, бросает напоследок Киллиану:
– Снимите с нее наручники и дайте чистую и сухую одежду. Я больше не вынесу вид грязной обуви.
***
Меня отводят в отдельную комнату с потертой старой мебелью. Видимо, несколько лет назад это был административный кабинет, приемная или что-то вроде того.
Один из мужчин оставляет на столе графин с водой и стакан, на стуле стопку одежды, а под ним обувь. Как только он уходит и закрывает за собой дверь, я бросаюсь ко столу и жадно глотаю прохладную воду прямо из графина. Я не боюсь, что вода может быть отравленной. Если бы меня захотели убить, я бы давно испустила свой последний вздох.
Но по неизвестной причине меня решили оставить в живых.
Напившись, я беру сухую одежду и обувь.
Это мужские спортивные штаны и толстовка с эмблемой футбольного клуба «Бостон Юнайтед». Я не знаю, кто из людей пожертвовал для меня своими вещами, но в любом случае это намного лучше, чем моя мокрая и грязная одежда.
Покосившись на закрытую дверь, я иду в самый дальний угол комнаты и быстро меняю толстовку, промокшую насквозь, на сухую и чистую. От нее пахнет мужским терпким парфюмом, напоминающий Chanel «Allure». Далее в таком же темпе снимаю джинсы и переодеваюсь в штаны, туже затянув шнурки на поясе.
От количества вопросов у меня раскалывается голова.
Кто такой Фрэнк? Сделают ли для меня новые документы и отпустят ли живой?
Я ни в чем не уверена, кроме одного: Фрэнка перестала интересовать сумка с наркотиками намного меньше, чем раньше. Сейчас для него намного важнее, чтобы я смогла опознать убийц Трейси. Видимо, он старается действовать осторожно, опасаясь последствий. А я единственная, которая видела тех, кто расстрелял машину Трейси.
