Я должна отругать Кэша за то, что он так назвал моего отца. Но вместо этого я выдаю тихий смешок. А затем начинаю хохотать во весь голос.Похоже, я весьма странно реагирую на излишнее количество стресса.
– Теперь я могу назвать этот день удачным, – говорит Кэш. – Мне удалось тебя рассмешить.
Он немного отодвигается и прикасается к моему лицу. Подушечкой большого пальца он нежно вытирает слезу, на которую я не обратила внимания. Но разве я могла ее заметить, когда рядом со мноймой Кэш?Заботливый и милый. Ну… насколько это слово подходит к нему.
Наконец он без маски и образа плохого парня. И это добивает меня.
Я делаю глубокий вдох и обхватываю его лицо обеими руками. От неожиданности Кэш замирает, когда я притягиваю его, и мои губы накрывают его. Вы можете это представить? Я, которая пыталась убедить себя сохранить любой ценой дружбу, целую Кэша.
Я касаюсь кончиком языка его нижней губы, а потом зажимаю и прикусываю ее. Ладонями я скольжу вдоль его лица и зарываю пальцы в его волосах. Кэш выдает удовлетворенный стон, который отдается в костях.
Невыносимая тоска моего тела только усиливается, и я ближе прижимаюсь к Кэшу, чувствуя, как его сердце отдает в груди автоматной очередью.
– Я отмечу этот день красным, – бормочет Кэш и срывается.
Диким рывком он притягивает меня к себе и просовывает язык мне в рот. Он целует меня. Но это не простой поцелуй, потому что с Кэшем Аматорио не бывает чего-то простого.
Наши губы сливаются воедино, языки переплетаются, и я смущена от собственного громкого стона.
Кэш слишком хорошо целуется. Я в шоке от того, как легко и без малейших усилий он может зажечь меня. Я по-прежнему неопытная и нераскрепощенная девушка, но рядом с Кэшем чувствую себя убийственно возбужденной.
– Иди сюда, Ким, – хрипло говорит он и обхватывает заднюю часть моих бедер, чтобы усадить меня к себе на колени.
Трепет проносится через каждую клеточку моего тела наравне с удовольствием. Кэш так близко, мы бесстыдно целуемся на его кровати и в его спальне. Все выходит из-под контроля, но каждый из нас не стремится останавливаться.
Между ног я чувствую, как дергается его твердый член. Я краснею, но вместе с этим испытываю некоторую толику гордости от того, что оказываю на него такое влияние. Я ни на секунду не прерываю наш поцелуй, но Кэш в последний раз впивается в меня голодными губами и отрывается от меня.
О, нет.
Во мне загорается вспышка удовольствия, когда его рот скользит по моей шее. Кэш сжимает мои мокрые волосы и грубо оттягивает пряди.
