"
"– Я в этом сомневаюсь, – Эванс натянуто смеется, нервно поглядывая на гостей. – Я уверен, что ответ моей дочери – чисто подростковое бунтарство.
Глаза Ким вспыхивают, она воинственно поднимает подбородок. Возможно, она взбешена и хочет доказать правду. Возможно, она готова сознаться в содеянном. Возможно, ей даже все равно на наказание.
Но мне нет.
Мне плевать, если всем вокруг станет известно, что тот парень, незаконно пробравшийся в офис журнала – это я. Но я не могу допустить, чтобы Ким была в этом замешана.
И впервые в жизни я задумываюсь о последствиях.
В ту ночь я не должен был рисковать и брать с собой принцессу.
– Я украду тебя на танец, – я подхожу к ней, чтобы она не успела натворить глупостей.
Игнорируя яростный взгляд ее папаши, я беру Ким за руку и увожу ее прочь. Мысленно я уже попрощался с этой удушающей компанией говнюков. В том числе и с Эвансом. Но похоже, у него были свои планы, поскольку он перегораживает нам путь и смотрит на меня так, будто я воняю носками бомжа.
– Кимберли, ты должна остаться, – он хватает Ким и тащит ее к группе гостей. – Я хотел познакомить тебя с Вильямом Джонасом. Это старший сын хозяина сегодняшнего вечера.
Мне приходится отпустить Ким, так как она следует за своим отцом. Неприятная горечь проходит через мое тело, когда Ким оборачивается и в последний раз бросает на меня взгляд через плечо. Я смотрю ей в след и не могу поверить, что обрел новый статус.Статус слабака.
Я иду за ней, боясь потерять ее в толпе. Ее папаша представляет ее нескольким гостям, а затем знакомит с сыном мэра.
Надо признать, что этот придурок симпатичный. У него милое личико, он достаточно высокий, с широкими плечами, говорящими о том, что парень предпочитает водный вид спорта.
Короче говоря, этот Вильям смазливая задница. Эдакий хороший парень с хорошими родителями, которые дали ему хорошие манеры. На фоне его ангельской внешности я кажусь демоном, от которого за милю несет мрачностью и распущенностью.
Он приглашает на танец Ким и наклоняется к ней, на мой взгляд, слишком близко, и что-то ей говорит.
Мне следует перестать на них пялиться, но я не могу оторвать от них глаз. Я таращусь на Ким и парня, представляя его милое личико со сломанным носом и болтающейся челюстью.
Одновременно я замечаю, как папаша Ким насмешливо посматривает на меня. О, я знаю, о чем он сейчас думает. Что такое ничтожество вроде меня, такой испорченный подонок никогда не будет достоин его дочери.
