— За это надо выпить…
— Если продолжим в таком темпе опохмеляться, то кому-то очень скоро придется бежать за добавкой, — рассудительно заметил разливший по стаканам самогон Антон. — И закуски нет совсем…
— А пусть за бухлом Сема бежит, — предложил Алекс. — Как самый трезвый.
— Вам надо, вы и бегите, — хмыкнул Лымарь. — А закусь со вчерашнего остаться должна была. Вроде к монтажникам за окно уносили.
— Да ну, палиться только, — уныло протянул Василенко. — Опять говорить будут, что все вкалывают, одни ликвидаторы квасят.
Причем именно третья бригада.
— Кто? Кто вкалывает? — со стаканом в руке вскочил на ноги Виктор Петрович. — Это они вкалывают?! Пусть в ОЗК разок подвал обработают!
— Петрович, — помахал перед лицом ладонью, разгоняя папиросный дым, Семен, — ты никогда сигареты с ментолом не курил?
— С чего вспомнил-то? — удивился химик.
— Да от них вони меньше должно быть. — Сам Лымарь не курил, но у других эту дурную привычку, в принципе, терпел. По крайней мере, пока кто-нибудь не начинал выдыхать дым в его сторону.
— И послушай, как душевно поют: «Дым сигарет с ментолом…». А ты беломориной дымишь…
— Чего-то плеер тянет. — Алекс прислушался к слишком уж протяжному завыванию вокалиста. — Надо пассики подтянуть.
— Хорош! — забеспокоился Антон. — Ты прошлый раз на свой день рождения уже подтянул. Паяльником! Месяц потом без музыки сидели.
— Хоть от воя этого отдохнули. — Виктор Петрович, не дожидаясь собутыльников, замахнул самогона. — А ты, Семен, еще насчет папирос ворчать будешь, завтра самосада принесу! Очень его мои соседи уважают.
Ладно, пойду до монтажников.
— Сиди, — остановил бородача Василенко, с общего согласия тянувший лямку бригадира. — Не драконь начальство.
— Да прям! — усмехнулся Петрович. — Можно подумать, кто-то работает! Лазурное солнце вчера зашло!
— Это у нас теперь каникулы, — согласился с Антоном Лымарь. — А монтажники по Форту мечутся, сети восстанавливают. В этот раз — обрывов без счету.
— Да и начальство нынче злое, — кивнул Алекс и, шумно выдохнув, выпил уже порядочно нагревшийся самогон.
На счастье плеера следующая мелодия оказалась более ритмичной — «Божья коровка» запела о гранитном камушке, — и Шумов решил пока с ремонтом повременить.
— Чего так? — удивился Антон.
— Вы не слышали, что ли? — Связист начал сворачивать шнур паяльника. — Воевода себе башку прострелил. Вроде как самоубийство.
— Тяжела шапка Мономаха, — крякнул Виктор Петрович.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
