С выборами, конечно, было немного сложнее, чем с обустройством школы и ремонтом домов в бедном квартале. Горожане мужского пола косо поглядывали на плакаты с призывом голосовать за мою персону и явно не спешили с выводами по этому поводу. Барбара Брикс рассказала, что в мясной лавке даже случился спор между мужчинами. Один из покупателей увидел плакат в витрине и не смог устоять, чтобы не высказать свое мнение. Горожанин возмущался тем, что женщины совсем стыд потеряли и лезут туда, где и без них обойдутся. Он был уверен в отсутствии у женского пола мозгов, а также сомневался в наших организаторских способностях.
Потому что появились мы на свет исключительно для того, чтобы рожать и воспитывать детей, следить за домом, а самое главное, не надоедать супругу своими глупыми просьбами.
Жена мясника пришла в ужас от таких высказываний и попросила мужа более не обслуживать этого женоненавистника, с чем тот естественно сразу согласился. Хотя с Барбарой трудно было не согласиться…
Но были и те, кто поддерживал меня.
В основном за мою кандидатуру высказывались жители бедного квартала, и на них нужно было делать основную ставку. Работяги часто сидели в пабах, пили эль, обсуждая все, что происходило в городе. Они вполне могли замолвить за меня словечко перед другими мужчинами.
Остальные кандидаты тоже не теряли времени зря. Похоже, местные выборы ничем не отличались от тех, что проводили в будущем. Один из них распорядился раздать местным жителям муку, а второй оплачивал каждый выходной выпивку в пабах.
Я уж точно не собиралась зарабатывать голоса таким способом и если мне суждено проиграть, то пусть так оно и будет.
В этот день я приехала в город, чтобы купить для Марты Бартимор перчатки к свадебному наряду и забрать пригласительные. Естественно с бархатными лентами, как того и хотели тетушки. Список гостей с моей стороны был невелик, а вот список герцога оказался внушительным. После пожара в поместье Мерифорд мы решили провести праздничный банкет в «Золотой роще», потому что ни мне, ни ему не хотелось для этого ехать в Донтон.
Я стояла у экипажа, ожидая пока коробку с пригласительными занесут в салон, и вдруг услышала громкие голоса, доносящиеся из-за угла. Кто-то что-то обсуждал на повышенных тонах. Но меня заинтересовало не это, а мое имя, проскочившее во всей этой какофонии голосов. Интересно…
Снедаемая любопытством, я завернула за угол и увидела толпу людей у агитационного плаката. Они о чем-то возбужденно спорили, не замечая моего присутствия.
